Вероятно, мне следует вкратце объяснить, как работают чартерные авиалинии. Они обеспечивают оборудованием и персоналом любого, кто хочет организовать рейс. Как правило, это туроператоры, но в принципе самолет может заказать кто угодно. Однажды, когда мы с Джоан, направляясь в Пуэрто-Рико, застряли по милости American Airlines на Виргинских островах, я позвонил в местную чартерную компанию и заплатил $2000 за полет до Пуэрто-Рико. Затем я одолжил грифельную доску, разделил стоимость чартерного рейса на число всех застрявших в аэропорту и написал результат на доске крупными цифрами. Мы довезли всех до Пуэрто-Рико за $39 с человека.

Чартер — это альтернативный способ авиаперевозок. Он прост, удобен, недорог и коммерчески стабилен.

Представители авиалиний ненавидели его. Делалось все возможное и невозможное, чтобы ограничить рост чартерных рейсов и сохранить монополию основных перевозчиков. В документах IATA было даже дикое требование о том, что пассажиры чартерного рейса должны не менее полугода состоять в каком-либо «клубе по интересам», основная цель которого — не воздушные путешествия. Конечно, это было всего лишь мелкое неудобство; при каждом аэропорте тут же возникало множество таких клубов, и любой пассажир, прибыв перед рейсом, мог выбрать для себя организацию по душе и оформить задним числом членство. «Люди придумывали всевозможные названия вроде "Клуб левого крыла", или "Клуб правого колеса", или "Бирмингемская ассоциация любителей роз"», — вспоминал Фредди Лейкер, компанию которого то и дело штрафовали за перевозку фиктивных любителей роз в Америку!

К 1971 г. все это превратилось в настоящий цирк, заправлял в котором Фредди Лейкер.

Одержимость Фредди Лейкера пассажирской авиацией восходила еще к 1930-м. Однажды они с приятелями стояли возле лавки, торгующей рыбой с чипсами, в Кентербери (графство Кент) и смотрели на собор. «Мы ели рыбу и картофель из кулька, свернутого из старой газеты. Просто стояли на углу. И будь я проклят, если в небе не показался Hindenburg из Германии, конечно, он летел в Америку, и тут же пролетел Handley Page 42, четырехмоторный биплан из Кройдона в Париж. Я имею в виду, невозможно представить себе два более непохожих летающих объекта, чем эти два, и их пути пересеклись точно над верхушкой Кентерберийского собора. И я сказал приятелям: "Вот это для меня. Я буду заниматься аэропланами"». Фредди вырос, стал богатым, знаменитым и любимым, он один на один вышел против Чикагской конвенции — и почти победил.

Первым наставником Фредди Лейкера в авиабизнесе стал Арнольд Уотсон, пиар-менеджер фирмы Castrol, а позже старший летчик-испытатель фирмы Air Transport Auxiliary (АТА). АТА перегоняла самолеты с заводов на авиабазы британских ВВС, с одной базы на другую, с места службы обратно на заводы для ремонта и обслуживания. Пилоты АТА были не военными летчиками, но во время войны они провели в воздухе больше времени, чем кто бы то ни было. Из тысяч работников вспомогательных служб, внесших свой вклад в победу, настоящую известность, пожалуй, заслужили только пилоты АТА.

Уотсон и Фредди были полны идей и планов относительно того, какой станет гражданская авиация после войны. Планы были хороши, и 1 апреля 1946 г. Лейкер стал одним из восьми первых сотрудников британской национальной авиакомпании British European Airways. «Но я проработал там всего три месяца. Стало скучно и, знаете, как-то официально».

Вместо этого Фредди долгое время занимался бизнесом: распродажей излишков военных запасов, металлоломом и даже фруктами. Только советская блокада Западного Берлина заставила его вернуться к первой своей любви — авиации.

В конце Второй мировой войны территория Третьего рейха была поделена между союзниками. Свои зоны оккупации получили Великобритания, Франция, США и Советский Союз. Столица Германии, Берлин, располагалась на востоке, едва ли не в центре советского сектора, но, поскольку это была столица, ее рассматривали отдельно. По Ялтинскому соглашению каждая страна получила вдобавок к части германской территории еще и кусочек столицы.

В 1948 г., когда холодная война с каждым днем становилась все холоднее, советские войска заблокировали союзникам все сухопутные дороги в Западный Берлин. Правда, противостояние было бескровным, до сбивания самолетов дело не доходило, а помешать самолетам летать в город и обратно у Советского Союза возможности не было.

Правительство хорошо платило владельцам транспортных самолетов за прорыв блокады. Поначалу Фредди воспринял все это просто как очередной способ заработать. «Мы смотрели на это примерно так: "Ну ладно, мы сделаем это, а затем вернемся к прерванным делам и заработаем несколько фунтов". Но через некоторое время, знаете, месяца через два-три, это превратилось в настоящий крестовый поход».

Советские истребители заходили на грузовые самолеты союзников, пытаясь запугать летчиков, но выстрелы так и не прозвучали. Советы считали, что спешно организованный воздушный мост, призванный облегчить положение осажденного Берлина — мост, который должен был кормить, одевать и обогревать два с половиной миллиона берлинцев, — невозможно поддерживать долго. Они считали, что через несколько недель все развалится, и союзники сдадут столицу. Они ошибались.

Получился второй Дюнкерк. Тогда, в 1940-м, британский министр иностранных дел Эрнст Бевин сказал министру авиации Артуру Хендерсону: «Наполните небо нашими самолетами!» За год с небольшим, начиная с августа 1948 г., в осажденный город по воздуху было доставлено 2,3 млн тонн помощи.