Она кивнула головой в сторону погребка, который расположился наискосок в следующем квартале.

«Нам сюда», - сказала она, пересекая улицу. Скаут отворила дверь, и мы вошли внутрь под звон дверного колокольчика.

«Привет!» - крикнула Скаут и помахала рукой служащему, проходя к автомату с газированными напитками.

«Скаут!» - откликнулся парень за стойкой, которому на вид я бы дала лет девятнадцать-двадцать, взгляд его темных глаз не отрывался от комиксов, которые были разбросаны перед ним на стойке, лицо его обрамляли короткие дреды.

«Пришла пора подзарядиться?»

«Да», - подтвердила Скаут.

Я осталась у стойки, пока Скаут атаковала автомат с газировкой, выдергивая из него гигантский пластиковый стакан. С механической точностью она подставила стакан под дозатор льда, наполнила его до краев, а затем отсыпала часть. Процесс повторился снова, и снова, пока количество льда ее полностью не удовлетворило.

«Тщательный подход, не правда ли?» - размышляла я вслух.

Молодой продавец усмехнулся и взглянул на меня, в его шоколадных глазах играли веселые искорки.

«Тщательностью это вряд ли назовешь. Когда дело доходит до газировки - она становится просто одержимой», - он сморщил лоб, - «Мы не знакомы».

«Лили Паркер», - представилась я, - «Я первый год в Св. Софии».

«Ты одна из школьных знаменитостей?»

«Она определенно не одна из них», - ответила за меня Скаут, присоединившаяся к нам у стойки.

Воткнув в свой стакан с содовой трубочку, она сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. Я еле сдерживала смех.

Не выпуская трубочку изо рта и приоткрыв один глаз, Скаут злобно покосилась на меня.

«Не того поля ягода», - продолжила она, сделав паузу чтобы перевести дыхание, затем снова повернулась к парню за стойкой.
– «Она пыталась пристроиться к «звездам», но безуспешно. До тех пор пока не распознала, какие же они никчемные. Ой, Дерек, это Лили. Я же вас не познакомила».

Я улыбнулась Дереку.

«Приятно познакомится».

«Мне тоже».

«Дерек выпускник Монклер, который переселился в чудный мир временных заработков в магазин своего отца, пока он работает над дипломом по плетению корзинок под водой в Чикагском Университете», - она лукаво улыбнулась Дереку, - «Я ничего не перепутала, Ди?»

«Диплом по ядерной физике», - поправил он.

«Почти угадала», - сказала Скаут, весело подмигнув ему.

Она отступила назад и запустила руку в коробку со сладостями на прилавке.

«Что же мы выберем Шоко-Локо или Карамельные тянучки. Хрустящее или жевательное мне сегодня больше по душе?» - она достала две красных и одну оранжевую конфету и продемонстрировала нам, - «Ваши предположения? Это опрос населения, хочу свериться с мнением большинства. Ну, или хотя бы с мнением населения нашего Северного округа».

«Шоко-локо».

«Карамельные тянучки».

Мы сказали это одновременно и с улыбкой посмотрели друг на друга, а Скаут тем временем продолжила спор сама с собой о выборе сладостей. Воздушный рис являлся несомненным преимуществом. Орехи же снижали позиции.

«Итак, ты из Чикаго?» - спросил Дерек.

«Из Сагамора, штат Нью-Йорк», - поправила я.

«Далеко тебя занесло от дома».

Я посмотрела в окно на башни Св. Софии, острые шпили которых были видны даже за несколько кварталов.

«Расскажи о себе», - попросила я, взглянув на Дерека, - «Ты учился в Академии Монклер?»

«Да, я воспитанник А.М. У моего отца сеть подобных магазинов», - он кивнул в сторону полок отдела, - «Он хочет большего для меня, поэтому я четыре года проходил в форме академии, а потом еще сдавал эти жуткие вступительные экзамены».

«Дерек, почти гений», - добавила Скаут, положив на прилавок Шоко-Локо.
– «Я приняла важнейшее решение за сегодняшний день».

Дерек тихо рассмеялся.

«Я-то знаю, что это неправда. Тебе приходится принимать и более важные решения, вроде этого, ты не находишь?» - в качестве иллюстрации он показал обложку комикса, где была изображена девушка-супергерой с пышной грудью и стройной фигурой в облегающем костюме из латекса.

Я в недоумении переводила взгляд с комикса на Скаут, которая на такое сравнение Дерека только весело усмехнулась.

Тогда я нагнулась к ней и шепнула: «Он знает?»

Скаут не ответила, я восприняла это как знак того, что она не желает об этом сейчас говорить, по крайней мере, при посторонних. Она достала из сумки кожаный кошелек и вытащила оттуда хрустящую купюру в двадцать долларов.