Братья проводили целые вечера за столом у камина. Они читали путевые заметки торговцев, мореходов и путешественников, которые описывали странствия по воде и по северным заснеженным землям.

В сумрачном зале библиотеки царили покой и тишина, нарушаемые лишь приглушенным потрескиванием огня. Двое юношей стояли рядом с камином, внимательно смотря на пылающие переплеты и страницы. Пламя жадно пожирало пищу.

– Тебе сегодня опять придется коротать ночь в так называемой специальной спальне? – протянул Эрн.

– Да, похоже на то, – отозвался Оливер.

Из коридора еще можно было услышать шаги убегающего Крина.

– Вот опять негодник спалил несколько книг. Кажется, это стало уже традицией.

– Что именно? – Юноша вопросительно взглянул на брата.

– То, что если Крину не нравится какая-то вещь, он бросает ее в огонь, а потом вопит так, будто его режут. Скоро от библиотеки ничего не останется.

– Матери не помешало бы заняться его воспитанием.

– Она и занимается, – буркнул Эрн. – Видишь, что выходит. – Он грустно усмехнулся и покивал головой. – Отца не стало, мама сейчас все с ног на голову перевернет.

– Не переживай ты так. Если Крин тебя раздражает, просто держись от него подальше.

– Ты за него заступаешься?! Он сейчас побежит и расскажет все королеве. Тебе опять придется спать вместе с крысами и пауками! – воскликнул принц.

– Не волнуйся, скоро и для тебя приготовят уютное местечко на ночь, – обижено отозвался Оливер.

– Прости, я знаю, что тебе приходится отдуваться за нас обоих. Может, сегодня ночью побродим по парку, совершим путешествие по дремучему лесу, отыщем сокровища?

– Давай! Это всяко лучше, чем гнить в той коморке.

Братья направились в свои комнаты. Эрн оказался прав: на пути Оливеру встретилась служанка и сообщила, что по приказу королевы он должен спать в специальной спальне.

Собственно говоря, эта спальня представляла собой небольшое помещение в задней части замка среди пищевых складов и коморок прислуги. Юношу отправляли туда в качестве наказания. Он всегда долго не мог уснуть, ворочаясь на неудобной лежанке.

Эта ночь была исключением. Оливер хотел дождаться брата, чтобы вместе с ним отправиться навстречу приключениям среди призрачных аллей парка, но как только голова коснулась подушки, он сразу же провалился в спасительный сон. Неприятные мысли и воспоминания отступили. Юноша улетел в манящий мир грез из холодной и неуютной комнаты.

Эрну, напротив, не хотелось спать. Сразу после того, как служанка приготовила постель, задула свечи и вышла из комнаты, он вылез в окно. Принц прокрался по карнизу и зацепился за толстую ветку старого дерева, которое росло рядом с его спальней, а затем спустился на землю. Юноша часто совершал подобные «вылазки», временами один, временами вместе с братом.

Побродив среди деревьев, Эрн направился к Оливеру. Как же все-таки чудесно было ходить по залитой лунным светом траве, прятаться между кустов, представляя себя в роли искусного вора или шпиона.

Эрн быстро добрался до складов, двигаясь по левую сторону от замка, которая находилась в тени, правую заполняло серебристое сияние ночного светила. Через окно специальной спальни юноша увидел блики тусклого света на стенах. Обрадовавшись, принц побежал. Однако то, что он увидел в комнате, заставило его содрогнуться и зажать рот обеими руками. Предательский визг так и рвался наружу.

В дверном проеме стояла мать с фонарем в одной руке и со стилетом в другой. Ее зловещая тень падала на противоположную стену. Казалось, что вместо стройной королевы на пороге застыла скрючившаяся ведьма. Огонь, горевший в неволе фонаря, показывал истинное лицо Вольизы и беззвучно кричал: «Вот она какая! Смотрите же!»

Левее, в углу, где сохранялись остатки темноты, стоял невысокий человек. Мужчина сжимал в руке короткий меч со странным лезвием черного цвета. Оно не отражало свет, поэтому заметить такое оружие в ночи было очень тяжело.

Рядом с кроватью, прижавшись к стене, сидел Оливер. Около него стоял Крин, держа вычурный кинжал.

«Откуда у него это оружие?» – мысленно спросил себя Эрн.

Окно было закрыто не плотно, и принц слышал негромкие голоса, которые доносились из комнаты.

– Мама, я ничего не понимаю. Оливер мой брат! Зачем ты заставляешь меня убить его? Он и так уже напуган, разве этого не достаточно? Можно пойти спать? – хныча и размазывая по щекам слезы, проговорил Крин.

Королева презрительно фыркнула:

– Ну, конечно, нет! Если ты сейчас же не убьешь его, я прикажу сделать это Тириену! Ты – ни на что не годный слабак! Просто ничтожество!

Крин не сдвинулся с места. Он переводил взгляд с перепуганного брата то на мать, то на странного человека. На губах наемника застыла улыбка. Его, казалось, забавляет вся эта сцена с убийством.

– Кто это? – спросил мальчик.

– Какая тебе разница! У меня кончается терпение! – закричала Вольиза. Она уже не пыталась сдерживать гнев.