Шрифт:
«Чего это вы припозднились?» - посетовала Клэрис. «Я послала вам сообщение еще днем, а уже почти что ночь.»
«Ну, Рисси, ты же знаешь, как это работает,» - улыбнулась Мэри. «Собрать вместе Пэм, Рикки и Билли - задача почти невыполнимая! Для начала, мы послали Рикки за электронной почтой. Ага, дождались! Два часа! Что ты делал в течение двух часов, Рикки?»
«Это же две мили [ 131 ] в одну сторону, мам.»
«На велосипеде, двадцать минут туда, и двадцать обратно. Всего: час, максимум.»
131
3.2 км. Примечание переводчика.
«Ну, я был немножко занят,» - виновато сказал Патрик.
«Занят! О-кей, Рики. Расскажи уж папе, чем именно ты был «занят!» - потребовала от сына Мэри.
«Встретил Монику, из нашего класса. Я же не видел ее целую вечность!»
Саманта и Памела прыснули смехом, а вскоре к веселью присоединились Жасмин, Мартин, Клэрис и Уильям. Маленький Дэйви посмотрел вокруг и тоже решил засмеяться.
«Целую вечность! Пять дней, я правильно сосчитала?» - Мэри тоже улыбнулась.
«Дорогая, жизнь продолжается,» - сказал Марк: «Патрик целый час болтал с подружкой, что тут такого?»
«Она не подружка, пап. Просто... одноклассница, О-кей?»
«О-кей, Патрик, как скажешь. Пусть будет «одноклассница.» То есть, девочка, которая совершенно случайно, заметим, оказалась с тобой за одной партой,» - сказала Памела.
После такого откровения Патрик сделал Памеле рожу, что вызвало еще один взрыв хохота. Действительно, так смешно было наблюдать, как Патрик, мальчуган, демонстративно равнодушный к девочкам еще полгода назад, начал потихоньку превращаться в юношу.
«Ну вот,» - продолжила Мэри: «Когда Рикки все-таки вернулся, и я прочитала сообщение, надо было же еще найти Билли. Теперь настала очередь Пэм ехать на рынок. И что вы думаете? Еще два часа!»
«Дайте-ка я угадаю,» - сказал Марк: «Там был мальчик? Которого Памела не видела «целую вечность?»
«Пап! Ничего такого не было, честное слово! Я просто ждала Билли. Он заканчивал свой урок поэзии! Там на рынке, этот «самовар» сидит, с двумя своими подружками!»
«Что-что он заканчивал?»
«Джек-Потрошитель, отец. Он сказал, что у меня есть неплохой потенциал,» - ответил Уильям.
Наверное, это так и есть, подумал Марк. Учитель, который когда-то учил Уильяма музыке, тоже говорил много раз, что у сына есть отличные данные. Конечно, для игры на синтезаторе, «потенциал» был теперь «чисто теоретическим,» как в той неудачной шутке Уильяма. Так же, как и для медицины. Однако, чувство ритма, оно же должно оставаться на всю жизнь, не так ли?
«Он тебя учил писать стихи, или просто исполнять рэп?» - спросил Марк.
«И то, и другое.»
«Ну, тогда поделись с нами, что ты там написал.»
«Это еще не готово.»
«Выдай самую лучшую строчку.»
Уильям почесал культей остатки левого глаза и попытался дотянуться до пустой правой глазницы. «Ну ладно, уговорили. Только это не совсем рэп. И не смейтесь.»
«Уже слушаем.»
«Обещаешь, отец, что не будешь смеяться?»
«Обещаю. « По-настоящему,» - Марк выразительно посмотрел на Саманту еще раз.
«О-кей. Готовьтесь хохотать. Знаю я цену вашим «настоящим» обещаниям.» Он начал стихи, отбивая ритм, как кулаком, культяпкой левой руки:
«Не читать нам в трущобах эльфийских рун, Не нужны на свалках Поппер и Кун, Разлетелся наш мир, как обрывки струн, И исчезнет он, в мельтешении лун... [ 132 ] »Тут Уильям остановился и покачал головой. «Не-а, дайте мне еще неделю, чтобы отполировать все остальное! Кроме того, Джек говорит, что это немного заумно. Надо учитывать образовательный уровень целевой аудитории.
«А он сам-то хоть знает, кто такие Поппер и Кун?» - осведомился с усмешкой Фредерик.
132
Вольный перевод с оригинала:
We will never fly back to the Moon, We will quickly forget about Popper and Kunh, Our world is dead, perhaps, a little too soon...«Еще бы ему не знать! Он сказал, что раньше, когда у него еще были руки и ноги, у него была в придачу к ним докторская степень из Стенфорда. В области современной английской литературы! На это я ему сказал, что он абсолютный уникум. Доктор в квадрате! Единственный « оквадраченный» доктор современной английской литературы на всю Америку!
«Знаешь что, Уильям?» - сказал Марк: «Смеяться я не буду. Стихи - просто отличные. Продолжай работать над поэзией. А вот карьера комика тебе, похоже, не светит.»