Почувствовав, что Карла рядом, Марк нащупал ее руку.

— Чего ты боишься, милый? — нежно спросила она.

— Будущего. Тебя...

Карле хотелось завыть в голос по тому беспечному парню, которого она знала до аварии. Прежний Кларк не боялся ничего на свете. А теперь он боится будущего...

— Для меня найдется место в твоем будущем? — Когда он отвернулся, ее сердце болезненно сжалось.

— Без тебя его просто не было бы. Это ты вернула мне будущее.

Боясь, что Кларк снова увильнет, Карла прошептала:

— Это не ответ. Ты сам понимаешь, что я спрашивала о другом...

— Я могу сказать тебе только одно: ты уже давно стала самым важным человеком в моей жизни. Это я знаю наверняка.

В воздухе повисла напряженная тишина, и Карла ее не выдержала.

— Когда все это кончится, мы можем разонравиться друг другу, — произнесла она непринужденным тоном, за которым таился ужас.

— Возможно, нам придется столкнуться и с этим.

Ледяная волна залила тлеющие угольки надежды в душе Карлы.

— Мы любили друг друга! — защищаясь, воскликнула она. — Любовь не могла умереть, ведь мы же только вчера поженились! Мы обещали любить...

Его пальцы прижались к ее губам. Козырями Марка всегда были прямота, честность, абсолютный самоконтроль, железная выдержка... но в разговоре с Карлой он не мог воспользоваться ни одним из них. Эта девушка не принадлежала к числу его подружек, с которыми неизменно срабатывал принцип «мы оба знаем, чего хотим, так пошли в постель».

— Если у нас ничего не получится, можно развестись. — Марк почувствовал, как она вздрогнула. — Карла, я не хочу, чтобы мы жили во лжи. Я теперь другой.

— Если ты не хочешь жить во лжи, зачем мы поженились? Что изменилось со вчерашнего дня?

Все. Он выйдет отсюда, пригласит Карлу в ресторан и с глазу на глаз расскажет ей правду. Вытащит Кларка из очередной передряги и вручит ему жену — вот это будет правильно. Но сделать это сейчас, не видя ее глаз, он не мог. Да, волей судьбы она оказалась рядом с ним и напрягала все силы, чтобы спасти его, правда думая, что это Кларк. Но он все равно благодарен ей.

— Для меня все гораздо проще, — прозвучал ее голос. — Я люблю тебя.

— Завидую. — Марк коснулся рукой ее щеки. — Тебе все ясно.

— Подожди немного, и тебе тоже все станет ясно.

— Предположим, — без особого убеждения ответил он. Но в тот момент, когда все рухнуло, его дрогнувший голос возродил надежду. — А может, все-таки побудешь здесь вместо того, чтобы выходить на работу? — Его рука прикоснулась к ее колену, и Карла растаяла. — Если ты будешь приходить лишь на час-другой, у меня не будет возможности узнать тебя. — Он не собирался отталкивать ее насовсем. Нельзя потерять ее... по крайней мере до тех пор, пока они не объяснились. Нельзя допустить, чтобы она все узнала от кого-то другого. Нет. Найти Кларка и передать ему Карлу. А потом... потом дать ей свободу.

Марк толком не понимал своего официального положения. Муж он Карле или нет? Или слова, сказанные им в полубреду, навсегда соединили эту девушку с его братом?

— Ладно, я подумаю. — Она поколебалась, а потом лукаво добавила: — Но сначала поцелуй меня крепко-крепко, иначе я не поверю, что ты действительно хочешь видеть меня!

На щеки Марка вновь вернулся румянец. Он удивленно рассмеялся.

— Лежишь тут совершенно беспомощный, а собственная жена тебя шантажирует!

— Раз так, оставайся, — пригрозила она поднимаясь. — Уж если я не могу получить паршивого поцелуя даже с помощью шантажа... — Внезапно Карла опять расстроилась. Прежний Кларк вместо ответа схватил бы ее, сжал в объятиях и поцеловал бы так, что дух захватило.

А новый Кларк, казалось, не находит слов... Надо непременно за что-то уцепиться, чтобы сохранить присутствие духа. Сердце билось так, словно она пробежала стометровку. Она шла к двери, молча умоляя: «Останови меня! Дурак, кретин, идиот! Ну останови же, останови!»

— Карла... — Она застыла на месте, пытаясь утишить разбушевавшееся сердце. Неужели она ему так противна? Пусть она далеко не красавица, но и не жаба болотная... Карла стиснула дрожащие руки и неохотно обернулась. — Не уходи. Прошу тебя.

Он протянул руку, и у Карлы словно гора свалилась с плеч. Она глубоко вздохнула, сдерживая слезы.

— Карла, не уходи. Ты мне нужна. — Он рывком сел. Голова кружилась, стук крови в висках заглушал все другие звуки. Но, если ничего не сделать, она уйдет. Может быть, навсегда. Приложив еще одно невероятное усилие, он скинул одеяло и попытался встать с кровати.

— Нет! — Карла в ужасе бросилась к нему. — Нет! Тебе нельзя! — Мягко, но настойчиво она заставила его лечь. Его лицо было белым, особенно по контрасту с черной бородой; со лба стекали капли пота.