А вот теперь это. Света сразу стала прикидывать в голове варианты. Найти кого-то, кто будет присматривать за ее бабушкой? Не подходит. Та обладала таким характером, что не всякий сможет выдержать и ужиться с ней. Постоянно будешь думать о том, как обстоят дела дома, а не работать. Отдать в богадельню? Тоже не то. Бабушка их не оставила, когда было очень тяжело, и помогала, как могла. А теперь выкинуть ее, как ненужную вещь, за ненадобностью? Не так Свету воспитали. Попросить сестру пожить здесь, пока ее нет? Тоже не вариант. Во-первых, не такие у бабушки и ее сестры отношения. А во-вторых, получается, что она будет устраивать свою жизнь за счет сестры, поскольку нельзя оставлять бабушку одну. Это значит, что никуда не уехать, никуда надолго не уйти, никакой личной жизни, потому что привести к себе в гости кого-то нет возможности, самой уйти — тоже. Да и кто же согласится взять такое «приданое» с собой? Оставлять бабушку нельзя, а взять с собой в новый дом проблематично. Вот и получается замкнутый круг. А три года — это целая часть жизни.

Приходит время, когда дети начинают задавать вопросы. Пожалуй, это один из самых страшных и ответственных моментов в жизни каждого взрослого. Это пора, когда приходится отвечать за свои поступки, принятые или не принятые решения; когда ты видишь все свои ошибки, «недоделки», упущенные возможности. И именно тогда ты осознаешь, как велика может быть ответственность за человеческую жизнь. Маленький принц сказал: «Мы в ответе за тех, кого приручили». А так ли часто мы думаем об этом и следуем этому правилу?

И почему-то именно в этот самый момент у Светланы появилось желание задать вопрос: а ради чего все это делалось? Зачем было разрушать семью, ломать столько судеб, две из которых безвозвратно закончились, а две до сих пор не могут жить своей собственной полной жизнью? Какова была цель и чего бабушка добилась? Для чего? Ради каких интересов надо было играть людьми, словно пешками, ставя на карту какие-то свои, непонятные никому причины?

Но кого было спрашивать? Да и зачем? Назад ничего не вернешь, сейчас ничего не исправишь. А ответ уже не имеет значения. И все то, ради чего девушка столько работала, училась, к чему так долго шла, может быть в ее руках, стоит только согласиться. Но мечта рушится как карточный домик. Надо принимать решение. И часто, принимая какое-то решение, приходится чем-то жертвовать.

Однажды ей сказали, что это нужно просто пережить. А сколько времени ждать? Год, два, десять, двадцать? И чего ждать? Время неумолимо движется вперед. Мы не молодеем, а стареем. Сколько есть времени у нее?

По щекам девушки бежали слезы. Она взяла себя в руки и ответила:

— Я не смогу. Спасибо, что вспомнила про меня, что позвонила. Мне это очень интересно, как и все, что связано с языком. Но я не смогу.

— Вера! Вера! Где Вера? Кто-нибудь видел ее? — раздавалось повсюду. Почти все сотрудники искали Веру Дмитриевну Соколову. Или просто Веру, как все ее называли. Она была начальником отдела партнерских связей. И только ей поручали все дела, связанные с очень важными людьми. Вот и на этот раз ей было поручено заниматься важным для фирмы человеком. Это был владелец и руководитель крупной компании, занимающейся добычей и переработкой различных минералов. А их предприятие занималось дилерской работой, и этот человек был для них очень важен. От того, как они его примут и поработают с ним, зависело, будут ли они представителями данной компании в их городе. Все должно проходить четко, без задержек и накладок. И только она, Вера, Верочка, может все устроить должным образом.

Но никто не мог найти девушку. Все с ног сбились. Она как сквозь землю провалилась.

— Да позвоните же ей кто-нибудь на мобильный! — закричал кто-то.

— Да звонили уже, не отвечает! — раздалось в ответ.

И вот, когда все не знали, что еще предпринять, появилась пропажа, собственной персоной.

— Вера, ну наконец-то! Ты где была? Мы тебя обыскались! — радостно закричали все сотрудники. — И на звонки не отвечаешь.

— Звонки? Мне никто не звонил. Ой, батарейка разрядилась. Я ездила проверять, все ли в порядке с гостиницей, рестораном. Проверяла, все ли готово к презентации. В порядке ли машина. Ну и так далее, еще кое-какие мелочи.

— И как? Все в порядке?

— Да, все готово. Можно завтра встречать нашего Андрея Павловича Максимова. Никуда он от нас не денется.

— Дай Бог, дай Бог, Верочка! Твоими бы устами!

И все, успокоившись, разошлись заниматься своими делами, которых было неимоверно много, как всегда. А Вера пошла к себе в кабинет. Она сильно устала, ужасно проголодалась и хотела только одного: сесть в кресло и остаться одной, но никому и дела не было до этого. Всем всегда нужно было от нее четкого выполнения поставленной задачи. А какой ценой — это уже никого не волновало. Как всегда. Опять придется есть супы из пакетиков и макароны. Когда же все будет по-другому?

«Так, где же встречающие? — думал молодой мужчина, пробираясь через зал аэропорта, в котором было полно народу, тоже только что приехавшего его рейсом. — Где и как мне их искать? И как я их узнаю?». Вдруг его внимание привлек большой плакат с надписью «Андрей Павлович Максимов». Кто и как держал этот плакат, было непонятно. Но Андрей Павлович, или просто Андрей, как называли его многие, пошел по направлению к нему.

— Здравствуйте, я — Андрей Павлович Максимов, — поздоровался и представился молодой человек.