— Думаю, День благодарения мы проведем весело, — проговорила Лиота.

— Ты еще не передумала, бабушка? Не слишком ли тяжелым испытанием станет для тебя праздник?

Да, праздник для нее — настоящее испытание. Приготовления, суета, волнение. Но она не собирается уступать Эйлиноре и все равно проведет День благодарения в своем доме, даже если это будет стоить ей жизни.

— Тебе придется готовить, Энни. Я буду твоей группой поддержки. Или тыпередумала?

— Нет, что ты, бабуля. Мне очень интересно. У нас все получится. Я знаю, получится. Я приеду в ближайшие выходные дни и займусь покраской дома, как ты советовала, хотя он и так выглядит неплохо.

— Немного краски придаст дому свежий вид.

— У меня появилась блестящая идея.

Лиота улыбнулась:

— Нисколько не сомневаюсь. Можешь делать все, что тебе заблагорассудится. Я хочу, чтобы ты считала этот дом своим, а не только моим.

— Обещаю ни за что не браться, пока не получу твое одобрение.

— Считай, что оно уже у тебя есть. Кстати, я хотела пригласить к нам Корбана. Как ты на это смотришь? Последнее время он такой печальный, а его семья, по-моему, опять где-то на западном побережье. Поэтому он не сможет поехать к себе домой.

— Конечно, пусть приходит. Пригласи его вместе с подружкой. И Арбу с детьми тоже, если хочешь. И Хуаниту, и Лин Сансан…

— Чем больше будет людей, тем веселее пройдет праздник, — согласилась Лиота, которой хотелось, чтобы в ее доме собралось как можно больше сторонников Энни.

Холодная война закончилась. Начиналась настоящая война.

Корбан был первым, кто прибыл в День благодарения к Лиоте. Несмотря на свое волнение, он не забыл привезти с собой две бутылки сидра и в подарок еще одну африканскую фиалку.

— Мой дорогой, — сказала Лиота, принимая маленький синий горшочек с цветущим растением. Улыбка не сходила с ее лица, отчего его волнение немного улеглось. — Энни на кухне. Может, лучше поставить сидр в холодильник? И перенесите, пожалуйста, клетку с Барнаби в мою спальню. Не хочу, чтобы у птицы был еще один нервный срыв.

— Привет. — Радостно улыбнувшись, Энни проверила, готова ли индейка, и снова накрыла ее фольгой. — Уже скоро. Надеюсь, вы не стали наедаться перед тем, как приехать сюда. Эта птичка весит почти двадцать фунтов.

— Придет время, и я, думаю, справлюсь со своей порцией.

— Хорошо. Вы поможете мне приготовить картофельное пюре. Думаю, дядя Джордж не откажется разрезать готовую индейку. Бабушка обещала сделать подливку, для которой у нас есть зеленый горошек, грибы, клюквенный соус и черные маслины. Арба принесет сладкий картофель, а тетя Дженни — пироги с яблоками, с мясом и с тыквой.

— А индейка будет с начинкой?

— Естественно, мы нафаршировали ее по бабушкиному рецепту. Хлеб, сельдерей, лук и потроха, все это перемололи. Провозились все утро, но начинка того стоит.

В дверь позвонили, и на лицо Энни как будто набежала тень.

— Может, сегодня вы будете встречать гостей? — предложила она Корбану. — Не хочу, чтобы бабушке приходилось беспрерывно вскакивать с места. Пусть она руководит приготовлениями к празднику в гостиной.

Но Лиота уже подошла к двери.

— Джордж, Дженни, заходите! Заходите!

— Мама. — Гостья поцеловала Лиоту в щеку. — Как ваше самочувствие?

— Замечательно, просто великолепно. — И действительно, ее глаза светились радостью. — Корбан, это мой сын Джордж и его жена Дженни. Мои внуки Маршалл и Мици. А это — Корбан, мой добрый друг.

Дети во все глаза смотрели на Барнаби, а тот, увидев их, открыл клюв и приготовился к атаке.

Корбану показалось, что Дженни была единственной вполне дружелюбной особой среди приглашенных. Она улыбнулась и поприветствовала Корбана, зато ее муж промолчал и принялся оценивающе разглядывать его. Интересно, что этот человек сейчас думает о нем? Что он преступник, давший подписку о невыезде?

— Наверное, будет лучше, если я унесу Барнаби отсюда.

С этими словами Корбан взял клетку с попугаем. Дети последовали за ним, забрасывая по дороге вопросами.

— Вам придется спросить об этом у Энни. Я знаю только, что попугай злой и кусачий.

Корбан вернулся в гостиную. Увидев в руках Дженни какую-то коробку, он предложил:

— Позвольте, я отнесу это на кухню.

— Что вы, я сама. А вы, мужчины, пока познакомьтесь. — И Дженни вместе с детьми удалилась из гостиной.