«Я не позволю ей ничего подобного. Она не превратит свою жизнь в руины».

Нора медленно стала выдыхать воздух через нос, чтобы привести свои растрепанные чувства в порядок. Потом отпила вина. Ей нужно было подумать об Энни и о том, что ей предпринять, если дочь будет по-прежнему витать в облаках. Впереди конец весны и лето. Времени у Энн-Линн в избытке. А это серьезная проблема. Ладно, ее можно легко решить. Она постарается приобщить дочь к какому-нибудь делу. Вплоть до июня Энни будет помогать детям сначала в начальной, а затем в воскресной школе с выполнением домашних заданий, что, кстати, послужит выгодным дополнением к ее резюме.

У Норы разболелась голова, и она ощутила неумолимое приближение очередного приступа мигрени. Когда Энни спустится из своей комнаты вниз, надо попросить ее, чтобы она поставила матери холодный компресс. Может быть, тогда эта девчонка поймет, до чего она довела свою мать?

Ну почему Энн-Линн взбунтовалась именно теперь? То, что на прошлой неделе ей исполнилось восемнадцать, вовсе не означает, что она готова к самостоятельной жизни! Это Сьюзен внушает ей всякие нелепые идеи. Или отец. У Норы есть достаточно веская причина позвонить ему и высказать все, что она думает о его участии в жизни дочери. Калифорнийский государственный университет! Туда поступают люди среднего достатка. Возможно, если бы он предложил Стэнфорд…

Последние четыре года были просто чудесными. До этого времени Нора часто задавалась вопросом, не убежит ли ее дочь из дому и не станет ли обитательницей трущоб. Когда Энни вышла из эмоционально неустойчивого подросткового возраста, то наконец успокоилась, образумилась и стала преуспевать во всем. Только однажды взмолилась, чтобы ее освободили от занятий балетом и музыкой. Но, услышав отказ, безропотно подчинилась и успешно выполнила индивидуальную программу, которую составили специально для нее. Она прилежно училась в школе, была избалована вниманием сверстников и принимала от своих воздыхателей даже больше звонков, чем положено любой девочке ее возраста. Но лишь избранные Норой воздыхатели удостоились свидания с ее дочерью. В конце концов, ей вовсе не хотелось, чтобы Энни выскочила замуж за какого-то заурядного Джо из Бей-Эриа.

Уэллсли. Вот где Энн-Линн познакомится с высокообразованными людьми из высшего общества и будет вращаться в студенческой среде «Лиги плюща» [2] , ну а потом выйдет замуж за преуспевающего человека.

Почему Энн-Линн хочет отказаться от всего этого именно сейчас?

«Я молилась…»

Эти слова раз за разом раздражали Нору все сильнее. Она осушила бокал и поднялась, чтобы налить себе еще.

Поначалу Нора не придала особого значения духовному «обращению» Энни. Правда, это слово действовало на нее, как красная тряпка на быка, оно дразнило и мучило, оскорбляло, как полученная пощечина. Кого, по мнению этой девчонки, Нора собой представляет? Безбожницу? А разве не она приучила семью регулярно посещать церковные службы? Родной отец Энни даже был когда-то дьяконом, а Фред, у которого не было лишнего времени, делал очень щедрые пожертвования. Нора раздраженно нахмурилась, вновь подумав об этом. Да и сама она много раз входила в состав женских комитетов и во время проведения каждой благотворительной акции наполняла мешки консервированными продуктами.

Вернувшись в очередной раз из летнего лагеря, Энн-Линн сказала: «Я стала христианкой, мама. В лагере я уверовала в Иисуса Христа, признав Его Спасителем и Господом. Пастор Рик окрестил меня. Я так счастлива и хочу, чтобы ты за меня порадовалась».

Она сталахристианкой? А кем же тогда она была все эти годы, по ее мнению? Язычницей?

Нора не стала заострять на этом внимание. Хотя она и сочла заявление дочери глупым и наивным, но вскоре стала замечать некоторые весьма желанные изменения во взглядах на жизнь и поступках Энни. Если дочери хотелось отнести все это на счет Иисуса, прекрасно, пускай. На тот период для Норы имело значение лишь обуздание бунтарского характера и укрощение упрямого нрава дочери. Энни не только слушалась и делала то, что было велено, но и принимала это с благодарностью, она поддерживала чистоту и порядок в своей комнате и даже предлагала помочь по дому. В прямом, пожалуй, смысле благословенная перемена после стольких лет постоянных перепадов настроения, столь характерных для переходного возраста. Если Энни вернулась из лагеря покладистой и послушной барышней, готовой повиноваться и делать все, что от нее требуется, тогда ладно, спасибо и слава Богу за это.

Только порой дочь бросала многозначительные взгляды, по которым Нора могла догадаться, что в душе этой молодой особы происходит нешуточная борьба.

О такой дочери, какой была Энни последние четыре года, она могла только мечтать. Все Норины друзья завидовали ей: такая воспитанная, милая девочка, особенно если учесть, что их собственные дочери дерзили им, баловались наркотиками, гуляли с парнями и даже убегали с ними, беременели, а потом делали аборты.

Энни была безупречной.

Энни была предметом ее гордости и источником радости.

И Нора не позволитдочери наделать глупых и нелепых ошибок.

Поднявшись наверх, в свою залитую солнечным светом комнату, Энни села на кровать с пологом из тончайшего, вязанного крючком кружева. Скрестив ноги и прижав к груди розовую атласную подушку, она изо всех сил пыталась унять струившиеся по щекам слезы. Почему мама всегда заставляет ее чувствовать себя виноватой? Не имеет значения, как она старается, не имеет значения, насколько хорошо она все делает, этого всегда недостаточно. Одна малейшая ошибка, одна неверная мысль, не совпадающая с тем, что ее мать считает правильным, и ей в очередной раз будет сказано, какая она неблагодарная, непослушная, упрямая и глупая. Если собственные слова казались матери недостаточно убедительными, она пускала в ход мигрень и этим закрепляла свое превосходство. Возможно, прямо сейчас мать находится внизу, лежит на веранде в шезлонге и успокаивает нервы белым вином, время от времени меняя холодный компресс на лбу.

И это моя вина. — Энни почувствовала свою полную беспомощность. — Всякий раз, когда я пытаюсь перечить, происходит одно и то же. И когда только это закончится?

О, Господи, Ты знаешь, я изо всех сил стараюсь забывать о своих обидах и сосредоточиваться на мыслях о Тебе. Мама знает все мои уязвимые места и как на них воздействовать. Почему она такая? Иисус, Ты знаешь, я старалась понять ее, старалась радовать, но ей всегда было мало. — Что еще хуже, Энни не понимала логики матери. Она жалуется на то, как много денег и времени потратила на дочь, но при этом не позволяет ей найти работу и жить самостоятельно. — Именно она настаивает на том, чтобы я поехала в Уэллсли. Ты знаешь, каких денег это стоит, Господи. Но я не могу поехать туда. Я чувствую, что Ты побуждаешь меня идти другим путем. Мама не желает слышать о занятиях искусством. Господи, раньше она говорила, что любит Сьюзен, но теперь называет ее хиппи и считает недостаточно хорошей для того, чтобы быть моей соседкой по квартире.