«И когда только успевают?»

— Твоё появление посреди запертой спальни, должно было нас сразу насторожить, но события развивались так стремительно, что в тот момент некогда было думать об этом.

«Да мне собственно тоже рейд в чужую спальню в новинку».

— В общем, вот, — протянул он мне мои вещи. — Это многое объяснило и убедило больше, чем любые слова.

В моих руках оказались джинсы, ну да такое они наверняка ещё не видели, белая майка с надписью «Сочи 2014» и книга с оттиском на первой странице «Москва 2012 год», может читать они по-русски и не умеют, но цифры они и в Африке цифры. Я вздохнула с облегчением, врать не хотелось изначально, но и рассказать все как есть, я откровенно боялась. Ещё вчера решила, что буду молчать как рыба, мол, это моё личное дело и рассказывать ничего о себе не буду. А сейчас просто радовалась, что не нужно будет скрываться и бояться оговориться или ещё что-то в этом роде.

— Просто посмотрели на мои вещи и решили, что такое возможно? Вы не подумайте, я рада, что вы мне верите, просто сама бы приняла это за розыгрыш, — поделилась я с ним своими сомнениями.

— У меня была бабушка, очень мудрая женщина, к которой я прислушивался больше чем к кому-либо. Так вот она говорила, что нужно верить очевидным вещам, даже если они кажутся тебе невероятными.

— А моя бабушка говорила, что когда кажется, креститься надо.

Мы смеялись долго, с облегчением, с надеждой, что все не зря, с верой, что судьба знает, что делает с нами.

— Поднимайся, помогу тебе одеться, а то нас Поль заждался уже, — подал мне руку Жак.

— Так и скажи, что его любопытство уже доедает, — улыбнулась я, хватая первое попавшееся платье.

Жак помог зашнуровать корсет и натянуть длиннющую юбку.

— Тебе нужна горничная, — вдруг заявил он. — Выберешь себе служанку, не можем же мы с Полем тебя сами каждый раз одевать, а одна ты с этими нарядами не справишься. Вон, по дому с десяток без дела слоняются.

— Нет, — почти выкрикнула я.

— Почему нет? — кажется, я его своим не желанием иметь помощницу сильно удивила, — А кто тебя причёсывать будет, ванну готовить, за платьями ухаживать?

— То, что мне нужна будет помощь, я и так понимаю. Я имела в виду, что не хочу, чтобы это был кто-то из уже работающих на тебя людей.

— Почему, — насторожился он.

— Почему? Я что тебе должна очевидное объяснять? Неужели ты вчера никаких выводов не сделал? — упиревшись в его непонимающий взгляд решила, что все же объяснять очевидное придётся.

— Вчера графиня Калю явилась за своим мужем, точно уверенная, что не только застанет его здесь, но и в том, что застанет его в нужный момент. По-твоему почему?

— Проследила за ним? — предположил он.

— Конечно, могла, но тогда откуда свидетели? Неужели ты думаешь, что маркиз Лебрен и прэтр Дуранд стали бы втихаря в полумраке вечера красться за ничего неподозревающим графом и выжидать в кустах под окнами момента, когда вы с Полем уединитесь в спальне.

По посуровевшему лицу стало понятно, что маркиз в полной мере осознал, к чему я клоню.

— Вот-вот, Люси действовала наверняка, — озвучила я вслух наши общие мысли. — У тебя в доме крыса, дятел, предатель, осведомитель графини, словом называй, как хочешь, а суть одна. Но могу тебя обрадовать тем, что появился он недавно.

— С чего такая уверенность?

— А потому, что иначе вас бы уже давно с поличным заловили.

— Что? — ой, надо фильтровать и то, что думаю и то, что говорю.

— Извини. Я имела в виду, что она бы уже нашла повод выставить ваши общие дела на всеобщее обозрение. Значит, ей удалось кого-то подкупить, либо кто-то появился совсем недавно. Нанимал в последнее время кого?

— Такими делами занимается Карл Сорел — мой управляющий.

— Доверяешь ему?

— Абсолютно.

— Тогда пусть подберёт кого и мне, желательно чтобы у неё не было знакомств в этом доме. А попутно приглядывает за челядью, нужно найти доносчика, иначе весь наш маскарад и яйца выеденного не стоит.

Жак только кивнул. Не люблю я сообщать плохие новости, а тут каждый новый день, плохая новость. И все их приношу я, прям плохая примета ходячая.

— А ты совсем не глупая, — задумчиво протянул Жак.

От него это звучало практически как комплемент, и я зарделась от удовольствия, нечасто получаю похвалу, а тут признание заслуг от самого маркиза. Надо закрепить успех.

— Если ты согласен с тем, что женщина не только безделушка для украшения дома, хочу сразу обговорить очень важный и принципиальный для меня момент. Я не просто женщина, я человек с мозгами и чувствами, понял, — дождавшись кивка, продолжила. — Поэтому что бы ни пришло тебе в голову: идеи, предположения или даже домыслы, ты делишься этим со мной, так как мы сейчас в одной лодке. И ещё, я из другого времени и другой страны, поэтому в словах, поступках, традициях и привычках мы сильно разнимся и не хочу, чтобы за неосторожное слово или действие на мене выжигали клеймо неуча или безнравственности. Мы просто разные. И если у тебя будут какие-то вопросы или сомнения, перед тем как крутить пальцем у виска сначала спроси, ладно?