— Но ведь Колин…

— Он адепт Источника, — ответил я. — Это совсем другое дело. Его Образ стабилен в любом потоке времени. А Формирующие — нет. Вот в чём беда, Морган. Когда станет известно о моём возвращении, все здешние колдуны бросятся ко мне, требуя Причастия — сейчас и немедленно. А не смогу им этого дать.

— И не надо. Установишь очерёдность, начиная с самых старых и больных…

— Олух царя небесного! — выругался я. — Ты дурак, Морган! Как только я установлю очерёдность, и речь будет идти не о днях, а о годах ожидания, среди колдунов и ведьм начнётся массовая резня. Они станут убивать друг друга ради того, чтобы хоть на месяц приблизить обретение могущества и бессмертия. И убивать будут по большей части не из страха, что за этот месяц с ними что-нибудь случится, а просто из нетерпения — вот что самое ужасное! Наш Дом, прежде чем возникнет, захлебнётся собственной кровью… Ты это понимаешь?!

Фергюсон виновато опустил глаза.

— Кевин, — произнёс он голосом, полным раскаяния. — Вели отрубить мою дурную башку.

— Это делу не поможет, — ответил я. — Всего лишь одной дурной башкой станет меньше. А скоро и так головы полетят.

Дейдра жалобно посмотрела на меня:

— Так что же нам делать?

Немного подумав, я сказал:

— Есть один вариант: отправить всех нетерпеливых на обучение в дружественные Дома. Там охотно примут учеников, причём в неограниченных количествах, надеясь переманить их к себе. И многих действительно переманят, особенно молодёжь, которую очарует великолепие тысячелетних Домов. Юноши там быстро женятся, девушки выйдут замуж, и мы потеряем целое поколение.

— Паршивый вариант, — подытожил Морган, и вдруг глаза его сверкнули. — Постой-ка! А если сделать наоборот — не отправлять учеников, а пригласить учителей?

Я кивнул:

— Как раз об этом я думаю. Но тут есть определённая опасность. Мой прадед так и поступил — завербовал около двух сотен помощников из других Домов, чтобы они помогали ему в основании Царства Света. Именно эти люди образовали костяк нового Дома, захватили в нём почти все ключевые должности, стали высшей аристократией. Такая ситуация сохранилась и поныне — на добрых восемьдесят процентов верхушка Дома Света состоит из потомков соратников Артура, фактически, чужаков. И мой прадед, и дед, и отец пытались исправить ситуацию, но было уже поздно — общество долгожителей очень инертно и консервативно по своей природе, оно отчаянно сопротивляется любым переменам. Я не хочу повторить ошибку своего предка и тёзки. Ведущую роль в нашем будущем Доме должны играть местные колдуны и ведьмы.

— Это правильно, — согласился Морган. — Значит, пришлые учителя отпадают?

— Посмотрим, — сказал я. Мне как раз пришла на ум одна идея, но я решил не спешить и хорошенько обмозговать её. — А пока я придумал, как выиграть время. Год не год, но несколько месяцев точно.

— И как?

— Скажу, что для овладения Формирующими необходима тщательная подготовка, и раздам всем претендентам книги, которые они должны изучить. Наши чародеи — люди в основном образованные, очень ценят знания и поведутся на это. Никакой очереди не будет, вместо неё — напряжённая учёба и строгий конкурсный отбор.

— Ха! — просиял Морган. — Хитро придумано! Так мы сможем выгадать даже больше, чем год.

— Сомневаюсь. Пройдёт несколько месяцев, и первые причащённые поймут, что научная подготовка, хоть и полезна, вовсе необязательна.

— Не беда. Это будут верные люди. Они придержат свой язык.

— Возможно, — согласился я, впрочем, без особой уверенности.

Дейдра с облегчением вздохнула:

— Я знала, Артур, что ты найдёшь выход.

Я вопросительно посмотрел на неё:

— Ты назвала меня Артуром? Так кто же я для тебя?

— Трудный вопрос, — сказала она. — Я путаюсь с тех самых пор, как узнала о твоём прошлом. В мыслях я давно называю тебя Артуром.

Мы обменялись улыбками.

— Ну, ладно, — сказал я. — Кризис мы немного отсрочили. Теперь нужно решить, как и когда мне предстать перед моими подданными.

— Над этим мы уже думали, — ответила Дейдра. — Нашей колдовской знати известно, что расстояние для тебя не помеха. Но чтобы не шокировать простой народ своим внезапным появлением, тебе лучше прибыть в Авалон как обыкновенному человеку.

— Точно, — кивнул Морган. — Давай представим всё так, будто ты возвращаешься из далёкого Царства Света. Заодно и совершишь поездку по своей стране. Начнёшь с какой-нибудь окраины, где ещё не знают, что ты король…

— Например, из Лохланна, — предложил я. — В Каэр-Сейлгене никто не называет меня «ваше величество».

— Что ж, решено, — подвёл итог Морган. — Поплывёшь по реке в Авалон. Отличная идея.

Я встретился с мечтательным взглядом Дейдры.

— Помнишь?… — тихо произнесла она.

— Да, милая, — ответил я. — Прекрасно помню. Это было незабываемое путешествие. — И уже мысленно добавил: «Наш медовый месяц».

Дейдра услышала меня.

— Это до боли напоминает мне верховья Миссисипи, — задумчиво произнёс Брендон, сидевший рядом со мной на скамье у борта корабля; взгляд его был устремлён на проплывавший мимо берег. — Штат Миннесота, Земля Хиросимы.

Было утро второго дня нашего путешествия вниз по реке Боанн к далёкому Авалону. Погода была мерзкая, небо заволокло тучами, дул холодный ветер, но дождя, к счастью, не предвиделось.