Шрифт:
«Новый каприз, — усмехнулся он. — Ненависть к автомобилям… Глупость сплошная… Но это пройдет».
Взглянул на свою «ауди» с сожалением. Хорошо, что это место на самом деле недалеко. Прогуляется…
Он пошел вдоль улицы, уходя все дальше и дальше от дома. И — все ближе и ближе к спасению, как ему теперь казалось. Даже дышать стало легче на освещенном проспекте. Даже несмотря на холод и поздний час, там встречались люди.
Он пробыл бы тут до утра.
Но скоро и здесь станет пустынно и… страшно.
Чтобы сократить путь, он свернул в подворотню, машинально убыстряя шаг.
И услышал за своей спиной тихий насмешливый голос:
— Престо… Престо, престо…
От неожиданности он замер — потому что узнал этот голос. Без труда.
Он даже глупо улыбнулся, подумав: «Наконец-то», — и медленно обернулся…
А потом ему стало больно на несколько секунд, слишком больно, чтобы он мог думать, и слишком темно, чтобы он попытался рассмотреть выражение лица.
Слишком темно.
Глава шестая
— «И страшусь зимы, поры комфорта…»
Их странная беседа продолжалась в Женином сне. По-прежнему они цитировали Рембо — точно на нем свет клином сошелся… Или — их мироощущение совпало? Всех троих?
— Все еще только начинается, — сказал ехидный голос по радио, и Женя снова проснулась, невольно поежившись. Ей показалось на одну минуту, что чья-то ледяная рука коснулась лица, прошлась по щеке, на одну секундочку замерев возле подбородка. Словно смерть приласкала…
— «И к тому же я снова в беде, остается только ждать, когда я помешаюсь от злости», — услышала она голос давно превратившегося в птицу, облако, снег поэта. И поняла, что снова вернулась в сон, где они просто разговаривают, втроем, и все равны в своей призрачности…
Откуда-то издалека донесся звонок. «Пожалуйста, — взмолилась Женя, частью сознания продолжая пребывать в объятиях сна, — ради всего святого!»
Но звонок продолжал вторгаться, разрушая хрупкую границу яви и сна.
Женя проснулась, попыталась найти чертов будильник, чтобы убить его, раз уж надо убивать время, пускай в виде этого гнусного порождения цивилизации.
Она уже схватила его и приготовилась к убийству, но вдруг поняла, что это не он. Он молчал. Она забыла его завести вчера. Стрелки же показывали половину десятого утра, взывая к Жениной совести.
А звонок не умолкал. Более того, звонил телефон. Что же удивительного, усмехнулась Женя, вскакивая с постели. Именно сегодня Ольга пришла в девять. Закон подлости…
Она схватила трубку, уже приготовившись к оправданиям.
— Алло, Оль, — начала она, придумывая причину.
В трубке молчали.
— Оля, я проспала! Слышишь меня? Сейчас приду…
На другом конце провода продолжали молчать.
— Тебя не слышно, перезвони…
Раздался осторожный щелчок. На другом конце провода повесили трубку, так и не решившись заговорить.
— Не туда попали, — вздохнула Женя.
Она насыпала коту корм, оделась и уже была готова к выходу, когда позвонили в дверь.
— Ну вот, Кот, — сказала Женя, — и в дверь теперь звонят… Не иначе мы залили с тобой нижних соседей… Или пришли из поликлиники требовать флюорографию…
В самом деле, грустно призналась себе Женя, ждать тут некого… Разве что Панкратова, с новой попыткой выяснить отношения…
В дверь еще раз позвонили.
— Иду! — крикнула Женя.
Открыв дверь, она увидела перед собой девочку-подростка. Совсем пигалица, подумала Женя.
Девочка была маленького росточка, с курносым носом и круглыми глазами. На голове у нее кокетливо пристроился беретик, и еще на пигалице было длинное черное пальто. Под взрослую косит, решила Женя.
Девочка достала из кармана красную книжицу и ткнула ею Жене в лицо.
— Доброе утро, — сказала девочка неожиданно низким голосом. — Следователь Разумова.
— Очень приятно, — ответила Женя, подумав при этом, что она бы таких юных особ все-таки не рисковала принимать в следователи.
В ее воображении тут же нарисовалась картина — эта кроха один на один с бандитом. О бандитах Женя имела весьма смутное представление, почерпнутое целиком из фильмов, книг и телевизионных сериалов, поэтому вполне естественно, что воображаемый бандит был похож на лысого Кинг-Конга с обаятельной улыбкой доктора Ганнибала Лектора. Впрочем, она тут же вспомнила отчаянную Клариссу Стерлинг в исполнении Джоди Фостер и попыталась прикинуть — больше она в размерах следователя Разумовой или все-таки меньше… Получалось, что следователь Разумова была куда меньше.