Саймон кивнул.

— Надеюсь, ты прав. Но меня беспокоит, что мы так ничего и не узнали о нашем друге. Ты думаешь, что «барбекю» — это клуб?

— Скорее всего, это приватная встреча где-нибудь за городом.

— Тогда чертовски трудно будет это найти.

— Да. Но помни, что в Сантьяго должна прибыть наша очаровательная блондинка. Ей не так просто укрыться. При удаче мы отыщем ее, а потом и остальных.

— Никогда не любил шпионить, — поморщился Саймон. — Это вы со старым Сероглазым обожаете выпытывать что-нибудь у кого-нибудь, приставив нож к горлу.

Ричард рассмеялся.

— Господи, Саймон, какие зверства ты нам приписываешь. Лично я всегда старался не причинять людям боли. Но когда затронуты интересы страны или безопасность друга, нельзя быть излишне гуманным.

Большую часть следующего дня их хозяин объезжал поместье с управляющим. Ричард поехал с ними, но Саймон не садился на лошадь без крайней необходимости и предпочел удить рыбу в сопровождении индейца, показавшего ему лучшие места. Во второй половине дня они опять поднялись на борт самолета.

В вечерних тенях пейзаж внизу казался еще красивее. Дважды летчик облетал громадные кратеры потухших вулканов. Когда они подлетели к Сантьяго, уже спустились сумерки и город расцветился мириадами огней. Через полчаса они были уже в отеле.

Грау-Мирафлорес отказался поужинать с ними, поскольку уже был приглашен к одному из своих братьев. На следующий день он собирался в Буэнос-Айрес. Друзья тепло поблагодарили его за то, что он показал им Чили, и они расстались.

Они поднялись в заказанный номер на десятом этаже. На столе в гостиной стоял большой букет тубероз.

— Весьма щедро со стороны администрации, — заметил Ричард, но Саймон уже нашел конверт рядом с цветами, адресованный ему. Там была записка от Миранды, в которой говорилось, что она решила прилететь к ним в Сантьяго вместе с Пинни. Записка заканчивалась: «Только ваша маска сделала это возможным. Дорогой Саймон, вы дали мне новую жизнь». Внизу был приписан номер ее комнаты.

Саймон, чуть покраснев, поглядел на Ричарда:

— Это от Миранды. Она здесь, прилетела из Буэнос-Айреса.

— Прелестно! Когда женщины дарят мужчинам цветы, жди чудес, — прокомментировал тот, но Саймон уже набирал номер. Миранда с Пинни как раз собирались обедать, и она сказала, что будет ждать их в коктейль-холле.

Саймон и Ричард наскоро привели себя в порядок и спустились в переполненный коктейль-холл. Таинственная особа в маске и ее спутница сидели за столиком, попивая местное вино «писко» с лимонным соком. Мужчины присоединились к ним и заказали то же самое.

Поскольку Пинни знала о том, что друзья Рекса разыскивают его, Саймон вкратце рассказал Миранде историю их пребывания в Пунта-Аренас и то, зачем они приехали в Сантьяго.

Потом он поблагодарил ее за цветы.

— О, это только слабое выражение той признательности, которую я испытываю по отношению к вам. До этого я вела жизнь затворницы, а сейчас, в маске, могу бывать, где захочу. Пинни говорит, что все смотрят на меня, но не с жалостью, а с любопытством, и мне это нравится.

После обеда они поговорили о путевых впечатлениях. Даже на Пинни произвел впечатление перелет через Анды, над сотнями миль горных цепей, прорезанных глубокими ущельями, где бурлят вечные потоки. Самолеты между Буэнос-Айресом и Сантьяго летали теперь ежедневно — не то что из Пунта-Аренас.

На другое утро, проснувшись, Саймон и Ричард обнаружили, что окна их номера выходят на площадь Конституции — самый центр города.

Сантьяго лежит в низине, окруженной горами. На западе от отеля виднелся Прибрежный хребет, а на востоке подымались белые шапки Анд, отчетливо вырисовывающиеся на фоне синего неба. Среди городских крыш в одном месте возвышался лесистый холм, увенчанный разрушенной крепостью. Дальше к северо-востоку город уступал место целой гряде холмов, с одного из которых глядела на Сантьяго огромная статуя Богородицы.

Когда официант вкатил в их номер тележку с завтраком, внизу раздались звуки бравурной музыки. Поглядев вниз, они увидели на площади оркестр, сопровождаемый солдатами. Официант объяснил, что здание напротив — Ла Монеда, когда-то монетный двор, теперь дворец президента Чили, и что в этот час там ежедневно меняется караул.

За завтраком друзья обсудили дальнейшие планы. Барон звонил Сильвии 10-го во вторник, значит, загадочное «барбекю» должно было состояться 17-го. У них оставалось четыре дня. Не было сомнения, что Рекс как-то связан с этими людьми, и, может быть, он уже в Сантьяго и тоже собирается принять участие во встрече. Если так, его можно без труда отыскать в отеле, хотя, возможно, он и здесь постарается скрыться.