Однако утаить от Москвы происшедший разгром не удалось. Очевидно, представитель Генштаба, находившийся в штабе 3-й гвардейской танковой армии, доложил в Москву о бесцельной гибели ста танков, и этот доклад вызвал письмо Антонова Рокоссовскому. Но Ставка возложила ответственность за происшедшее не на командующего фронтом, а на командармов, которых до этого сам Рокоссовский жестко и справедливо критиковал за упущения в управлении войсками и в их боевой подготовке. Хотя, замечу, результаты расследования причин больших потерь 3-й гвардейской танковой армии комиссией, которую Рокоссовский должен был создать по приказанию Генштаба, до сих пор не опубликованы.

Попробуем проанализировать итоги Курской битвы с точки зрения соотношения потерь в людях и танках на Воронежском и Центральном фронтах. Его удается подсчитать более или менее точно только для периода оборонительной операции советских войск.

Как показал военный историк Л. Н. Лопуховский, данные о потерях Воронежского фронта в Курской оборонительной операции, опубликованные в официальном издании Министерства обороны «Гриф секретности снят», существенно занижены. Там говорится, что в период с 5 по 23 июля Воронежский фронт понес следующие потери личного состава:

Безвозвратные потери — 27 542

Санитарные потери — 46 350

Всего потери — 73 892.

Однако в боевом донесении штаба Воронежского фронта № 01 398 начальнику Генштаба о потерях с 4 по 22 июля даются совершенно иные цифры:

Убито — 20 577

Пропало без вести — 25 898

Попало в плен — 29

Всего безвозвратных людских потерь — 46 504

Ранено — 54 427

Всего людские потери — 100 931.

Разница получается в 27 039 человек, в том числе почти двукратная по безвозвратным потерям — на 19 033 человека больше.

Потери же за период с 4 по 16 июля, согласно тому же донесению, составили 18 097 убитых, 24 880 пленных и пропавших без вести и 47 272 раненых и больных. В период же преследования группы армий «Юг», отходившей к прежним позициям, Воронежский фронт потерял 2481 убитых, 1047 пропавших без вести и 7155 раненых и больных.

Еще более существенными оказываются различия данных по безвозвратным потерям боевой техники. Согласно сборнику «Гриф секретности снят», в ходе Курской оборонительной операции войсками Центрального, Воронежского и Степного фронтов было безвозвратно потеряно:

Танков и САУ — 1614

Орудий и минометов — 3229

Самолетов — 459.

Однако в итоговом боевом донесении штаба Воронежского фронта говорится, что в период с 5 по 23 июля войсками фронта было безвозвратно потеряно:

Танков и САУ — 1628

Орудий и минометов — 3609

Самолетов — 387 (вместе с подбитыми).

Получается, что один только Воронежский фронт, по данным его штаба, потерял безвозвратно больше танков и артиллерии, чем все три фронта, вместе взятые, а самолетов — почти столько же.

Л. Н. Лопуховский подметил, что данные о людских потерях, приведенные в донесении штаба Воронежского фронта, оказываются очень близки к оценке советских потерь в ходе отражения «Цитадели», сделанной в штабе группы армий «Юг». Манштейн в мемуарах отмечает, что к 13 июля его войсками было взято 24 тысячи пленных, а между 13 и 16 июля — еще 10 тысяч, главным образом при ликвидации «котла» в районе Шахово. А по данным штаба Воронежского фронта, к 16 июля в войсках фронта числилось 24 880 пропавших без вести. Советских танков, по оценке Манштейна, немцы уничтожили к 13 июля 1800 штук, а по данным штаба Воронежского фронта, к 16 июля было безвозвратно потеряно или подбито 1888 танков и САУ. Советских орудий, как полагал Манштейн, его войска уничтожили и захватили 1347, а по данным штаба Ватутина, к 16 июля было безвозвратно потеряно 1605 орудий.

Тут необходимо заметить, что сравнение данных Манштейна с данными итогового донесения штаба Воронежского фронта доказывает, что последние существенно занижают советские безвозвратные потери. Ведь число пленных та сторона, которая их берет, обычно знает более или менее точно. А в Красной армии в числе пропавших без вести часто оказывались не только пленные, но и убитые, о гибели которых не было достоверных сведений. И в любом случае наличие к 16 июля 34 тысяч советских пленных говорит о том, что число пропавших без вести занижено более чем на 9 тысяч человек. Но, как доказал Л. Н. Лопуховский, в донесении штаба Воронежского фронта не учтены потери 7-й гвардейской и 69-й армий в период с 5 по 19 июля, так как эти армии 20 июля были переданы в состав Степного фронта. Историк обратил внимание, что, согласно месячной сводке потерь за июль, в этом месяце фронт потерял 99 596 человек, в том числе 19 658 убитых, 16 704 пропавших без вести и пленных, 62 478 раненых и больных и 756 выбывших из строя по другим причинам (несчастные случаи, самоубийства и т. п.). То, что эти потери оказались на 1336 человек меньше, чем потери за 19 суток оборонительной операции, Лопуховский объясняет тем, что, возможно, в итоговом донесении из пропавших без вести были исключены хотя бы некоторые из тех 6,4 тысячи пропавших без вести, которые к 1 августу смогли вернуться в свои части. А вот в суммарных цифрах потерь Воронежского фронта за июль потери 7-й гвардейской и 69-й армий учтены. Согласно этому документу, потери Воронежского фронта составили 148 349 человек. Разница между этими цифрами (99 596 человек) и даст нам примерные потери этих двух армий — 48 753 убитых, раненых и пропавших без вести. По данным, приводимым Л. Н. Лопуховским, 69-я армия в период с 1 по 19 июля потеряла 26 415 человек, в том числе 4351 убитыми, 10 614 пропавшими без вести и пленными, 11 411 ранеными и больными (больных оказалось всего 387), и еще 39 человек выбыли из строя по другим причинам.

7-я гвардейская армия за тот же период потеряла 28 578 человек, в том числе 6086 убитыми, 3975 пропавшими без вести и пленными, 18 458 ранеными и больными (последних было только 591), а также 59 человек, выбывших из строя по иным причинам. Если добавить эти потери к тем потерям, что перечислены в донесении штаба Воронежского фронта за период с 4 по 16 февраля, то последние возрастут до 28 534 убитых, 33 469 пленных и пропавших без вести и 77 239 раненых и больных.