Сохно легко переместился под лестницу, присмотрелся, прислушался и догадался, что чеченец загнал себя в тупик.

– Выходи, друг дорогой, побалакаем… Дальше дороги нет…

Снова пуля бьет в стену. Но теперь и со стороны Ширвани это пугающий выстрел. Сохно закрыт металлической площадкой лестницы, и Ширвани не видит его. Но теперь выстрел уже слышно. Приглушенный, однако отчетливый.

– Тебе некуда бежать… Выходи…

Но Ширвани, оказывается, находит дорогу. Он стреляет в другую лампочку, находящуюся на уровне нижнего коридора, где стоит подполковник, и спрыгивает с верхней площадки. Но эта короткая темнота, вместо того чтобы помочь, ставит Ширвани в более трудное положение. В темноте оказывается он сам, но дальше свет горит, отчетливо рисуя его силуэт. И тогда Сохно дважды прицельно стреляет. Ширвани падает, роняя пистолет, поднимается, делает два шага и снова падает. А подполковник уже рядом:

– Я же говорю… Некуда тебе бежать…

Он поднимает пистолет Ширвани и прячет его себе за пояс.

Ширвани все же встает, смотрит на Сохно с ненавистью, дышит тяжело, но ничего не говорит. Ждет, когда приблизится к нему подполковник, и зажимает двумя руками окровавленный бок. И когда расстояние между противниками сокращается до минимума, Ширвани резкой отмашкой выбрасывает руку. Но сил у него в самом деле осталось немного. Сохно легко блокирует руку и выбивает из ослабевших пальцев нож с тонким гибким лезвием.

– Конец фильма, друг дорогой… Иначе говоря, приехали… И твои друзья наверху – тоже…

Ширвани в ответ только рычит, чтобы скрыть этим стон, рвущийся наружу…

Начальник президентской охраны снова выходит на связь. Голос сухой и злой:

– Владимир Васильевич… Через пятнадцать минут президент с гостями покидают собор. Что мне сказать президенту?

– Пригласите его для разбора учений в научный центр…

– Значит?..

– Там все в порядке…

– Я рад за вас… – начальник президентской охраны, похоже, рад и за себя. – Иностранные наблюдатели ничего не заметили?

– Думаю, что ничего… И не заметят… Сейчас на КПП восстанавливают шлагбаум и будку поста охраны. Когда наблюдатели будут выезжать, там все будет в лучшем виде…

– Тем не менее я не думаю, что после проигрыша учений вы получите за свои действия положительную оценку…

– Положительную оценку мы получим на троих – на себя, на Интерпол и на спецназ ГРУ… За другое дело… Более важное…

Астахов заканчивает разговор, поднимает к глазам бинокль. Интересно, а крестятся ли президенты, покидая собор?..