— Что?

Джафф помолчал, потом резко повторил:

— Пистолет мой. Понятно? Тот мужик, что говорил с репортером, не ошибся. В полотенце был завернут именно пистолет.

— А он зарегистрирован?

— Нет, конечно. Черта с два ты сегодня получишь разрешение на ношение оружия в этой стране.

— Но зачем же Эрин его взяла?

Джафф взъерошил волосы и вздохнул:

— Не знаю. Наверное, мне назло. Чтобы взбесить меня. Я уверен, она нашла его, когда осталась в пятницу одна у меня в квартире.

— И ты этого не заметил?

— Слушай, это совсем не та штука, на которую я любуюсь каждый день. И потом, говорю же, я уезжал по делам на все выходные. Мне пришло в голову, что надо проверить, на месте ли он, только после того, как мы с тобой посмотрели новости.

— Но чей это пистолет, Джафф? Как он к тебе попал? Зачем он вообще тебе понадобился?

Джафф сердито вскинул руки:

— Стоп! Что за допрос с пристрастием? Я тебя умоляю, завязывай. Слишком много вопросов. Это вообще не важно и тебя не касается. Друг меня попросил, вот и все. Суть в том, что сейчас пистолет у полицейских, и я не сомневаюсь, Эрин заложит меня в самое ближайшее время, если уже не заложила. «Фурия в аду ничто по сравнению…» [2] и так далее. Как ты думаешь, тебя не станут тут разыскивать?

— С чего это меня должны искать? А даже если бы и стали, сюда никто не сунется. Здесь мы в полной безопасности, не волнуйся. И потом, Эрин им про тебя ничего не скажет.

— Откуда ты знаешь?

— Не скажет, и все.

— Восхищаюсь твоей преданностью подруге, особенно после того, что случилось, но я знаю точно: полиция землю роет, когда речь заходит о незарегистрированном оружии. У них свои методы, и я сомневаюсь, что Эрин не расколется.

— Она ничего им не скажет, — повторила Трейси. — О’кей, что ты намерен предпринять?

— Мне нужно время, чтобы все обдумать. У меня есть кое-какие знакомые, которые могут помочь. Очень полезные знакомые, но такие вещи впопыхах не делаются. А прямо сейчас я намерен свернуть нам еще один косячок. Принеси, пожалуйста, бутылку «Хайленд Парк», вино мы с тобой уже допили, пора переходить на виски. И чистые стаканы, ладно? В этих осадок остался.

Трейси пошла на кухню, прислонилась к холодильнику и сжала ладонями лоб. Мысли путались, в голове была полная каша. Надо как-то собраться и понять, что происходит. Какого черта она во все это влезла? Что она творит? Милая деточка Трейси, отцовская любимица, беспардонно проникла к нему в дом, хлещет его выпивку, устраивает здесь полный бардак в компании малознакомого парня, который только что сообщил ей, что ее лучшая подруга украла у него пистолет. Как же она умудрилась во все это вляпаться? Черт, пакость какая.

Она давно уже перестала быть отцовской любимицей, вот в чем беда. Последние годы, с тех пор как она закончила универ с не самыми, прямо скажем, выдающимися результатами, это место прочно занято Брайаном. Братец Брайан. Брайан, Брайан, Брайан. «Блю Лэмпс». «Мой сын — рок-звезда». Да, папочка, а твоя дочь заурядная неудачница, с посредственным дипломом и никудышней работой. И пусть она себе катится ко всем чертям, верно? Ты же именно так и думаешь. Мы, конечно, переписываемся, иногда даже звоним друг другу, но виделись последний раз в июне. Давненько, давненько.

Трейси не переживала бы так сильно, если бы не потратила столько сил, чтобы всегда быть лучшей. Пахала как проклятая в школе, за что ее дразнили «зубрилкой», всегда была отличницей, всегда получала прекрасные отметки на экзаменах. Подавала, короче, большие надежды. А Брайан был ленивым разгильдяем, все делал в последнюю минуту, вечно списывал и ничуть не заморачивался по поводу учебы. А потом вовсе на нее забил и организовал свою гребаную рок-группу. Она все делала хорошо и правильно, почему же отец больше любит Брайана? Ну и наплевать. У нее наметилось небольшое приключеньице, и она не собирается останавливаться на полпути. Она ему еще покажет. Она всем им еще покажет.

Трейси оторвалась от холодильника и взяла со стола бутылку виски. Джафф уже открыл ее, и Трейси залихватски прихлебнула прямо из горлышка. Ее словно обожгло изнутри, но она решительно ухватила бутылку, два чистых хрустальных стакана и, слегка покачиваясь, направилась в оранжерею.

Женщина, стоявшая рядом с дегустационным столиком, определенно улыбалась именно ему.

Бэнкс еще вчера обратил на нее внимание, отметив, что она здесь одна, без спутника. Сейчас она мило о чем-то беседовала с пожилой парой из Мичигана — он уже успел познакомиться с ними, и старички не замедлили поведать ему довольно подробностей из своей жизни, — но смотрела она точно на него. Видимо, пора ее выручать, оба они страшно говорливы.

Бэнкс улыбнулся и направился в их сторону.

Седой мужчина — Бэнкс запомнил, что его зовут Боб и он как-то связан с производством всяких комбайнов и сеялок — при виде него радостно оживился:

— Да никак это мой старый друг. Ал, рад вновь вас видеть.

Бэнкс поздоровался с Бобом и его женой Бетси, ожидая, что они представят ему загадочную незнакомку, которая выглядела несколько смущенно. Стоит, потупя глаза, сжимает пустой стакан и даже не посмотрит на меня, подумал Бэнкс.