Бэнкс почувствовал, что кто-то подошел сзади, обернулся и увидел невысокого худощавого мужчину с азиатскими чертами лица. Он выглядел так молодо, будто еще учился в медицинском колледже, но изящный темно-серый костюм, белая рубашка и галстук заставляли в этом усомниться.

— Ну все, хватит. — Медсестра тронула Бэнкса за плечо. — Это мистер Сандхар, ведущий хирург нашей травматологии, он оперировал пациентку. Вы можете переговорить с ним, если хотите.

Бэнкс поблагодарил ее и встал. Чуть помедлил, наклонился и поцеловал Энни.

Мистер Сандхар провел их с Уинсом сквозь лабиринт коридоров в небольшой смотровой кабинет. Там был всего один стул, так что Бэнкс с Уинсом устроились бок о бок на кушетке. Когда они усаживались, полиэтиленовый чехол на кушетке захрустел. На стене висел медицинский атлас, схематично изображающий циркуляцию крови в организме человека. Рядом со стулом, на который опустился Сандхар, возвышались металлические весы.

— Вы можете объяснить нам все на простом человеческом языке? — хмуро спросил Бэнкс.

Сандхар улыбнулся:

— Конечно. Хотите верьте, хотите нет, но обычно мы умудряемся перевести сложные профессиональные термины так, что любой родственник больного понимает, о чем речь. Мы не ставим себе целью сводить посетителей с ума.

— Приятно слышать.

— Может быть, вам будет проще задавать вопросы? Полагаю, вам более привычна эта роль?

— Ну, я как-то не готовился вас допрашивать, — устало заметил Бэнкс. — Но да, безусловно, мне будет удобнее, если я смогу задавать вопросы. Не могли бы вы для начала объяснить мне, что произошло?

— В мисс Кэббот стреляли. Дважды. Одна пуля проникла в грудь и прошла через верхнюю долю правого легкого, а вторая раздробила левую ключицу и вызвала разрыв мягких тканей. Ей повезло. — Бэнкс недоуменно нахмурился. — Она, можно сказать, счастливица. Обе пули могли пройти навылет. Тогда бы и говорить уже было не о чем. Но не прошли. Правда, теперь этот фактор осложняет общую картину.

— То есть?

Сандхар положил ногу на ногу и поправил блокнот.

— Насколько мне известно, — продолжал он, — «скорая» прибыла на место через десять минут, что воистину рекорд для сельской местности, хоть вызову и была присвоена категория «А». Тот неизвестный, кто позвонил в девять-девять-девять, в общем-то, и спас ей жизнь. Насколько я знаю, его не нашли, но это уж скорее ваша епархия, чем моя. Так вот, к этому моменту пациентка потеряла много крови, однако если бы пистолет был более мощным и пули прошли навылет, потеряла бы куда больше. И летальный исход был бы… н-да… более чем вероятен. А так… Кожа эластична, она сомкнулась на входном отверстии. — Он свел воедино большой и указательный пальцы, демонстрируя, как это произошло. — В итоге не такая большая кровопотеря.

— Значит, Энни повезло, что пули не прошли навылет, — негромко повторил Бэнкс. — Понятно. Это, стало быть, хорошие новости. А плохие?

— У мисс Кэббот были сильные внутренние кровоизлияния, и в легких у нее скапливалась жидкость, что мешало им расширяться. — Доктор снова принялся жестикулировать, поясняя свои слова. — Одно легкое у нее отказало, что, как вы понимаете, вызвало проблемы с дыханием. Если бы отказало и второе, она бы умерла еще до того, как приехала бригада «скорой». По счастью, этого не произошло. Врачи не только быстро оказались на месте, но и моментально поняли, какая ей нужна помощь. Так что уже в дороге начали работать, сумели стабилизировать ее состояние в больнице Иствейла и очень оперативно доставили пациентку на вертолете к нам сюда.

— Она поправится? Все будет в порядке? — спросил Бэнкс. — Вы все сделали? Вы же ее оперировали.

Сандхар помолчал:

— Да, оперировал. Но я обязан вам сказать, что ее жизнь пока на волоске. Неизвестно, как все обернется.

— Что это значит?

— Она борется. И у нее достаточно сил, чтобы победить. Сейчас невозможно угадать, каков будет исход.

— Она сильная, — сказал Бэнкс.

Врач утвердительно кивнул:

— Это хорошо. Понадобятся все ее силы.

— Когда вы сможете сказать что-то более определенное?

— Все решат ближайшие сутки. Мы будем непрерывно снимать показания, фиксировать малейшие изменения — к худшему и к лучшему. Больше мы ничего сделать не в силах. К сожалению.

— А мы можем чем-нибудь помочь?

— Если верите в Бога, молитесь.

— А если нет?

— Тогда надейтесь.

Виктор Мэллори вернулся домой, пропустил стаканчик и собрался было расслабиться и послушать своего любимого Тору Такемицу. Но не успел завалиться на диван, как позвонили в дверь. Если бы я уже лег, ни за что не стал бы открывать, подумал он. Да уж ладно, вдруг пропущу что-то важное. Может, Джафф пригнал обратно машину или сексапильная Марианна из гольф-клуба все же решила принять приглашение? Он пошел открывать.

Распахнув дверь, Виктор сразу понял, что совершил ошибку, и страстно возмечтал закрыть ее обратно. Трезвому или пьяному — рожи тех двоих, что стояли на пороге, ему ни за что бы не глянулись. Ничего, кроме неприятностей, они ему не сулили. В панике он попытался захлопнуть дверь, но среагировал слишком медленно, и они мигом впихнули его в прихожую. Впрочем, осознал он, эти двое не остановились бы и перед тем, чтобы выломать дверь. По роду своих делишек он порой сталкивался с подобными типами. Частенько ему удавалось их убалтывать, но сейчас почему-то не было никакой уверенности, что он преуспеет. Парочка мало походила на доброжелательную аудиторию.