Я должен найти Джона. Если смогу вытащить его, мы поможем друг другу убежать. Если смогу…

Что-то тяжелое ударяет меня по лицу. Из глаз сыплются искры. Я борюсь с головокружением, но чувствую, как падаю на пол. Пытаюсь снова подняться, несмотря на ослепляющую боль в ноге. Меня опять бьют, и резкая боль заставляет меня выгнуть спину. Должно быть, один из солдат ударил меня прикладом винтовки. Я чувствую, как мои руки и ноги прижимают к полу. Резко выдыхаю и перестаю дышать.

Все происходит так быстро, что я едва помню. Голова нестерпимо кружится, и мне кажется, я вот-вот потеряю сознание.

Сверху доносится знакомый голос. Он принадлежит командиру Джеймсон.

— Какого черта здесь творится?! — кричит она. — Ни один заключенный не смеет устраивать такой погром в мою смену! — Командир что-то бормочет сквозь зубы. — Идиоты!

Ко мне постепенно возвращается зрение. Я осознаю, что все еще пытаюсь вырваться из рук солдат.

Кто-то хватает меня за подбородок. Внезапно я вижу перед собой глаза командира Джеймсон.

— Глупая попытка, — говорит она и смотрит на Томаса, который отдает ей честь. — Томас, отведите его обратно в камеру. И на этот раз назначьте ему квалифицированную охрану. Сегодняшнюю стражу отпустить и уволить из моего патруля.

— Есть, мэм. — Томас снова отдает честь и начинает выкрикивать приказы.

На мне застегивают наручники, которые висели на запястье. Уголком глаза я замечаю еще одного военного в черном, который стоит рядом с Томасом. Это Джун. Мое сердце пропускает удар. Джун смотрит на меня и щурит глаза. В ее руке винтовка, которой она меня ударила.

Я вырываюсь и кричу, а меня тащат назад в камеру. Джун стоит рядом, пока солдаты заковывают меня в цепи. Когда они отходят, она наклоняется ко мне.

— Настоятельно советую тебе больше так не делать, — бросает Джун.

Я лишь молча смотрю на нее. Взгляд Джун лишен эмоций, в нем лишь холодный гнев. У двери улыбается командир Джеймсон. Томас наблюдает за нами с серьезным лицом.

А потом Джун наклоняется и шепчет мне на ухо:

— Не пытайся, потому что не сможешь один. Я помогу.

Я ожидал чего угодно, но не этих слов. Стараюсь сохранить невозмутимое выражение лица, но сердце на секунду перестает биться. «Помочь? Джун хочет мне помочь?» Ведь она ударила меня в коридоре. Она пытается загнать меня в ловушку? Или говорит серьезно?

Произнеся последнюю фразу, Джун тут же отстраняется. Я притворяюсь разгневанным, словно она прошептала мне какое-то оскорбление. Командир Джеймсон вскидывает подбородок.

— Отлично, агент Айпэрис, — говорит она Джун. Та быстро отдает честь. — Отправляйтесь с Томасом в холл. Встретимся там.

Джун и капитан уходят. Я остаюсь с командиром Джеймсон и новой сменой солдат у двери камеры.

— Мистер Уинг, — произносит командир спустя какое-то время, — какую впечатляющую попытку вы сегодня совершили. Как и говорила агент Айпэрис, вы действительно очень ловкий. Жаль, что такие таланты достались жалкому преступнику, но жизнь несправедлива, так ведь? — Она мне улыбается. — Бедный мальчик, ты действительно верил, что сможешь сбежать из военной цитадели, да? — Последнее командир произносит с налетом изумления в голосе.

Я молча прожигаю ее взглядом.

Командир Джеймсон подходит ко мне. Садится на корточки, положив локоть на колено.

— Давай я расскажу тебе коротенькую историю, — говорит она. — Несколько лет назад мы поймали молодого изменника по имени Аллен, который был очень похож на тебя. Отважный и дерзкий, глупый и непокорный, причиняющий столько же неудобств. Он тоже пытался убежать незадолго до своей казни. Знаете ли вы, что случилось с ним, мистер Уинг?

Аллен. Я помню, это имя упоминалось в новостях, когда я только начал бродить по улицам.

Командир Джеймсон улыбается шире. Она протягивает руку, кладет ее мне на лоб и резко прижимает мою голову к стене.

— Прежде чем мы его поймали, Аллен успел добраться до лестницы. Когда настал день казни, суд даровал мне разрешение не ставить его на расстрел, а убить лично. — Рука сжимает мой лоб сильнее. — Думаю, он предпочел бы расстрел.

— Когда-нибудь вы будете умирать еще хуже, чем Аллен, — бросаю я в ответ.

Командир Джеймсон смеется:

— Будешь показывать свой нрав до самого конца, да? — Она убирает руку и поднимает мой подбородок пальцем. — Какой же ты забавный, мой прекрасный мальчик.

Я прищуриваю глаза. Прежде чем командир успевает среагировать, вырываюсь из ее хватки и глубоко вонзаю зубы в ее руку. Она кричит. Я сжимаю зубы как можно сильнее, пока не чувствую во рту кровь. Командир Джеймсон ударяет меня о стену. Я разжимаю зубы. Пока я моргаю, силясь не потерять сознание, она зажимает свою руку и шипит от боли. Двое солдат пытаются помочь командиру, но она их отталкивает.

— Жду не дождусь твоей казни, Дэй, — рычит командир. Ее рука сочится кровью. — Я буду считать минуты до нее! — Она поворачивается на каблуках и уходит, хлопнув дверью камеры.