Шрифт:
– У нас осталось какао, – сказал он. – Зачем?
– Пробники, – ответила Сула. – Сейчас объедем с ними все рестораны. И в Верхний город заедем.
"Самое то для сбора информации, – подумала она. – К тому же, у них контакты с кофейнями и клубами курильщиков."
Спенс, сидящая в середине, повернулась к Суле:
– Люси… Ты ведь "Люси", пока мы занимаемся доставкой? Если мы будем использовать это имя перед незнакомцами, оно может раскрыть наше инкогнито. Мы с Макнамарой своими кодовыми именами не пользуемся и зовем друг друга Старлингом и Арделион, но твое кодовое – "четыре-девять-один", как у команды. Не можем же мы так тебя называть.
– Не можете. – Сула оглядела улицу. Под деревьями, усыпанными белыми цветами, гуляли горожане. Из тени кого-то крикнули, и она улыбнулась.
– Зовите меня Гредель, – сказала она.
***
Вечером, когда последние лучи Шаамы мерцали, отражаясь в фарфоре вазы, а под окнами Скачок раздавал копии "Сопротивления", Сула водила стило по приглушенно светящейся поверхности стола: она писала инструкцию, как создать подпольную ячейку. Она продумала каждую деталь, призванную обеспечить безопасность – от кодовых имен до обмена сообщениями.
Она осознала, что работа частично завершена. Копии "Сопротивления" уже передаются из рук в руки в некоем подобии самопроизвольно созданной сети. То есть можно воспользоваться уже готовым, нужно лишь сделать сеть профессиональнее.
"Все, кто проколются, будут схвачены и убиты", – думала она. Убиты пулями, предназначенными ей.
С теми, кто справится, она свяжется чуть позже. И они будут убиты, но уже за дело.
Глава 10
Мартинес вывел тактический дисплей на стену, но все равно редко смотрел туда. Ему не сиделось, и он вышагивал по кабинету, ведя воображаемые разговоры со всеми офицерами на корабле.
Когда Алихан принес обед, Гарет был уже на грани помешательства.
– Что там происходит? – Он сразу бросился к ординарцу. – Что говорят люди?
Алихан не торопясь поставил перед Мартинесом тарелку с крышкой и разложил салфетку и приборы. Потом выпрямился и сказал:
– Милорд, могу я закрыть?
– Да, – кратко ответил Мартинес, с трудом удержавшись от крика.
Алихан закрыл дверь и продолжил:
– Леди Миши попросила у доктора Цзая отчет о происшествии. Он доложил. Потом она спросила капитана Флетчера, и он тоже представил рапорт.
– Знаешь, что он сказал?
– Нет, милорд.
Мартинес заскрежетал зубами. Ему очень хотелось узнать, что Флетчер рассказал командующей.
– А как унтер-офицеры все восприняли? – спросил он.
– Собираются группками, перешептываются.
– И что думают?
Алихан подтянулся и со спокойным достоинством ответил:
– Со мной таких разговоров не ведут, милорд. Я среди них новенький. Они обсуждают случившееся только с теми, кому действительно доверяют.
Мартинес разочарованно побарабанил пальцами по ноге. Алихан неспешно поднял крышку с тарелки капитана, открыв восстановленное филе, сдобренное одним из изысканных соусов Перри. Мартинес посмотрел на ординарца.
– Им не кажется, что капитан сошел с ума? – сказал он.
Алихан немного подумал, прежде чем отвечать.
– Они его не понимают, милорд. И никогда не понимали. Но сошел ли он с ума? Я не знаю, что сказал бы доктор, но не думаю, что они считают его психом, милорд.
Ответ огорчил Мартинеса.
– Ладно. Спасибо, Алихан.
Ординарец ушел. Несколько секунд спустя Гарет посмотрел на пустую тарелку. Видимо, сам не заметил, как всё съел.
Он подумал о вечеринке для лейтенантов на борту "Нарцисса". Хотя можно просто позвать первого лейтенанта Казакову на ужин. Поговорят, обсудят вероятные последствия.
Но нет. Это привлечет внимание Флетчера к лейтенантам. Благодаря своей должности в штабе Миши Чен, Мартинес являлся одним из тех немногих на "Прославленном", кого Флетчер не вправе убить. Лейтенантам не так повезло. Если Флетчер заподозрит Казакову в сговоре с ним, она в опасности.
Гарет глотнул воды, пресной и безвкусной из-за многократной переработки в очистительной системе, и позвал Алихана убрать со стола. Как только тот ушел, звякнул нарукавный коммутатор.
– Мартинес, – ответил он на звонок, и сердце ёкнуло при виде лица командующей на дисплее.
"Наконец-то", – подумал он. Миши вызовет его на совещание, и они вместе подумают, что делать с Флетчером.
– Лорд капитан, – начала командующая, – буду благодарна, если вы организуете флотские учения… лучше эксперимент… дня через три, когда Термейн останется позади.