Им пришлось отъехать довольно далеко, когда Сисель пропищала:

— Здесь!

Повозка остановилась. Они спрыгнули. Девочка была уже внизу и старательно разглядывала берег. Она была не вполне уверена, но в конце концов нашла место.

— Здесь. Я стояла на этих камешках. А монетка лежала там.

— Господи, ты же могла свалиться в реку, девочка! — сказал пристав. — Но все же спасибо тебе!

Они смогли увидеть все вместе: между двумя камнями застрял кожаный ремень, который колыхался от сильного течения. Ремень был весьма потрепан.

Свег протянул руку и схватил его.

— Холодная вода, — заметил он.

Ремень прочно застрял. Свегу пришлось отвалить один из камней, чтобы освободить его.

Пристав торжествующе вытянул руку, демонстрируя находку остальным.

— Узкий и потрепанный. Можно предположить, что мертвое тело держалось здесь на ремне. И отвязалось, когда он перетерся?

— Правдоподобная теория, — ответил Сандер Бринк. — Едва ли она взята с потолка.

— Нет, но она, во всяком случае, объясняет все повреждения на трупе. Его несло течением, и он задевал камни и мусор.

Сандер был настроен скептически.

— Все время, пока мы ехали вдоль реки, она казалась довольно спокойной. Вряд ли могла причинить такие серьезные повреждения.

— Не разрушай мою теорию, — проворчал Свег.

Они потратили еще некоторое время на осмотр места, но согласились с тем, что убитый вряд ли был сброшен в воду отсюда.

— Может быть, река становится более бурной выше по течению? — спросила Бенедикте.

— Нет, я так бы не сказал, — ответил Свег. — Она вытекает из небольшого озера. Нет! Теперь мы отправимся назад и взглянем на мертвого еще раз, прежде чем свалимся с ног от усталости.

На обратном пути им повстречался Ульсен, который успей отправить уважаемых дам под арест. Он сообщил им новость.

— Пришла какая-то женщина, она хочет взглянуть на мертвого, — сказал он. — Ее жених, по-видимому, пропал.

— Ну да, — ехидно сказал Свег. — Хочет потребовать пособие на ребенка?

Он, очевидно, был невысокого мнения о человеческой натуре, добряк Свег.

Юная дама приехала из Кристиании и выглядела вовсе не так, чтобы претендовать на пособие. Она была очень элегантно одета, хороша собой и весьма самоуверенна. Наверняка привыкла выезжать в свет, сообразил Сандер Бринк, который очень хорошо знал этот тип женщин. Девушка немедленно принялась посылать ему долгие, манящие взгляды. Бенедикте выглядела все более и более несчастной. Словно у нее разболелся живот или что-то в этом роде.

— Нет, Господь хранит меня, это не мой жених Мортен Хьортсберг, — заявила дама, с гримасой отвращения осмотрев мертвеца. Они быстро вышли из комнаты. — Мортен — молодой, у него светлые волосы, а этот — лысый, притом гораздо старше.

Пристав, кстати, хотел узнать, как давно пропал ее жених. Ответом ему был взгляд, который словно говорил, что это его не касается, но дама все же заговорила.

— Шесть недель назад. Но я едва ли ожидала найти его здесь, ведь он хотел отправиться куда-то в горы и обследовать вымерший хутор. Он и меня хотел с собой взять, но об этом я и думать не могла!

Ну, это они понимали.

— И что, с тех пор он не давал о себе знать? Должно быть, весьма интересный хутор!

Женщина послала приставу новый уничтожающий взгляд, но Свег был не настроен любезничать после длинной бессонной ночи.

Она ответила строго:

— Мой жених чрезвычайно одаренный студент. И его личный друг, доцент Кламмер, поделился с ним сведениями об этой удивительной деревне.

— Доцент Кламмер? — сказал Сандер Бринк. — Я слышал о нем, хотя он и не на моем факультете. Разве он не пропал без вести…

Он поспешно умолк.

Остальные ждали.

— Я не знаю, как он выглядит внешне, — продолжил Сандер Бринк. — Но может быть, вы знаете, фрекен Виде?

Она сделала вид, что не заметила колкости, что было не похоже на нее.

— Я видела его лишь мельком в одной компании как-то раз дома у одного управляющего (она, очевидно, любила окружать себя людьми с громкими титулами.) И он был… пожилой. И… лысый.

— А когда он пропал? — вырвалось у Свега.

— Я не знала, что его ищут.

— Я думаю, это случилось ранней весной, — сказал Сандер Бринк. — Ходили какие-то глупые слухи по университету. Будто супруга не хотела объявлять его в розыск, поскольку считала, что он сбежал от нее в другую страну.

— Нет, я так не думаю, — сказала фрекен Виде. — Мортен говорил мне, что доцент Кламмер, так же как и он, безумно хотел отыскать и исследовать тот заброшенный хутор. Доцент говорил о древних обычаях. И о паромщике, который мерещится людям. Глупости, конечно, но мужчины теперь стали словно большие мальчишки. У них появилась своя забава: кто доберется туда первым.