— Мясо двадцать минут, салат же принесу незамедлительно.

Я окинул вопросительным взглядом собравшихся за столом. Зимин и Аморис воодушевленно закивали.

— Неси, — решил я. — Всего по три, и еще графин водки не забудь, да так чтоб со слезой, да три рюмки.

— Сию минуту, — расплылся в улыбке официант и умчался выполнять заказ важных гостей.

— Господин негоциант! Какими судьбами! — Я обернулся на окрик и приветливо замахал рукой. К нашему столику шел не кто иной, как старший королевский советник.

— Присоединяйтесь, господин советник! — Встав, я пожал руку Бануса.

— Не откажусь. — Амир плюхнулся на предложенный стул и весело осмотрел собравшихся. — Смелее, господа, я не кусаюсь. Вон ваш босс, — кивок в мою сторону, — вполне себе адекватен, а вы будто воды в рот набрали.

— Простите, господин советник. — Зимин смущенно пожал плечами. — Увидеть вас тут не ожидали, вот и растерялись.

— Никаких титулов сегодня, господа. Я Амир, и за этим столом меня можно и нужно называть именно так. К тому же вы мои спасители, а Банус добра не забывает. Зла, впрочем, тоже.

— Отлично. — Подозвав официанта, я затребовал у него еще одну порцию оленины, салат и рюмку. — Не откажите в любезности, почтенный Амир, отобедать со скромными негоциантами и выпить за здоровье Его Величества.

Советник только развел руками.

— Конечно, Дмитрий. В этом я вам просто не способен отказать.

За пустыми разговорами, обсуждением погоды и поставок сукна, минули отведенные двадцать минут, и прибалдевшие от такого обилия знатных персон официанты, бледные и испуганные, принялись накрывать на стол, выставляя тарелки с ароматным мясом и прочей снедью, которую мы и не думали заказывать.

— Это что? — я вопросительно кивнул на образовавшуюся на столе бадейку с красной икрой.

— Не извольте беспокоиться, — пискнул пробегающий мимо официант. — Все за счет заведения, дабы порадовать дорогих гостей.

Пожав плечами, я подцепил икру ложкой и отправил себе в рот. Халява, значит, халява. Даже спорить не буду.

— Чувствуете как себя? — поинтересовался Амир, вертя в руках запотевшую рюмку с водкой.

— Паршиво. — Разлив огненную воду остальным участникам застолья, я поставил графин на стол. — Причем не столь физически, сколь морально. Чувство осталось после всего этого гаденькое такое, нечистое.

— Понимаю. — Не чокаясь и без тоста советник отправил свою порцию водки в рот. — Слухи о странном и спорном ходе господина Подольских дошли и до меня. Не представляю, что бы я делал на вашем месте.

— А я и сам не представляю. — Осушив свою рюмку по примеру Бануса, я поморщился, туго пошла проклятая. — Одно могу сказать точно, работать на старика я больше не намерен.

— И что же думаете делать теперь? Вернетесь домой?

Я в сомнении почесал подбородок.

— Вряд ли, Амир. Ваша планета — это край широких возможностей, своего рода Америка в эпоху колонизации.

— Южная или Латинская? — хитро улыбнулся старший советник короля.

— Северная, — отмахнулся я и чуть было не поперхнулся куском оленины. Какого черта?

Отложив приборы, я с недоумением уставился на самодовольного Бануса, уписывающего за обе щеки салат из груздей.

— Что? — поинтересовался советник. — Я вас чем-то смутил?

Сказано было это таким отрешенным тоном, как будто мы обменивались подобными фразами уже более десятка лет. На разговор менеджера по продажам и советника короля, чьим местом рождения были абсолютно разные созвездия, это никак не походило.

— Господин негоциант, — советник на минуту оторвался от салата и поднял на меня глаза, — давайте поговорим потом, в более приватной обстановке. Пока же я вам советовал бы не торопиться с отставкой. Повремените с бумагами, остыньте, отдохните. Время у вас еще есть. Потом же жду вас у себя, в третий день следующего месяца.

— Как знаете, господин советник. — Вновь разлив водку по рюмкам, я взглянул на секретаря. Дирек, не обращая внимания на мое замешательство и чрезвычайную осведомленность старшего королевского советника о географии далекой планеты, с воодушевлением уничтожал хрустящие грузди, оставив оленину на произвол судьбы и начисто проигнорировав икру. — Ну что, Аморис, — хмыкнул я. — Твоя очередь тост говорить.

Спешно дожевав и прокашлявшись, бывший мастеровой встал, поднял рюмку и произнес:

— Господа, выпить я хочу за то, что все хорошо закончилось.

Зааплодировали, подняли рюмки, выпили.

Закончилось, говоришь? Я взглянул на улыбающегося Амира, чокающегося с Зиминым и Аморисом. Тонкая полоска черной ткани, выступающая из-под воротника, почти незаметная, но такой тут точно не делают. У нас она кевларом называется. Не панацея, конечно, но удар ножа остановит, или, скажем, пулю пистолетную. Тут все от количества слоев зависит. Да вы, господин советник, ой как непросты. Сначала Америки, потом кевлар, что дальше? Атомная бомба?