И ты думаешь, ну и х… с ним! Идешь, покупаешь ей, как последний идиот, норковый жакет. Потом бегаешь по друзьям, берешь у них в долг. Но тебе не удается отдать этот долг, потому что девочке опять что-то нужно.

…На самом деле – ей нужно получить компенсацию за каждый прожитый с тобою день. Она все стремиться свести к этому. Ей абсолютно плевать и на тебя, и на перспективы вашей совместной жизни. Это пылесос, всасывающий в себя все, что можно и нельзя. Для нее каждый день – как последний. Откуси как можно больше! Проглоти, не прожевывая! – ее девиз. И ты… не столько даже жалеешь деньги, сколько устаешь. Ты не видишь, как строить жизнь с этим созданием.

Ну например, ты покупаешь квартиру, затеваешь в ней ремонт, выбираешь дорогую мебель: чтобы купить один раз – и навсегда. Находишь в магазине шкаф, понимаешь, что деньги на него практически есть, но не хватает какой-то тысячи долларов.

А вечером с тобой рядом садится Киска и начинает плакаться, что ей нужны, например, сапожки.

– Ну у тебя же есть сапожки, дорогая, – чуть не стоном произносишь ты.

– Но у меня только черные, белые, синие и красные… А в магазине теперь продаются и зеленые. Таких у меня нет.

– А тебе очень срочно нужны зеленые? Давай вначале купим шкаф, а потом сапожки.

Она начинает хлюпать носом и бешено крутить хвостом. Один вечер ты это терпишь. На второй вечер ты опять мечтаешь о хорошем шкафе; думаешь, дай-ка перезайму денег у приятеля, чтобы шкаф этот купить, а то никогда не куплю. Звонишь ему. И тут Киска, услышав разговор, снова подсаживается и начинает хныкать на тему, как трудно живется без зеленых сапожек.

– Но, дорогая, сапожки стоят шестьсот долларов. Такие деньги я всегда найду. Сейчас у меня собралась сумма на шкаф. Это важнее: его надо купить, пока я их не растратил.

У нее уже истерика. А ей пять раз насрать, какая у тебя будет квартира, хотя она и сама будет там жить. Ей надо что-то, что она всегда легко и быстро в случае расставания сможет унести с собой (шкаф не вынесешь). Я злюсь. И в итоге понимаю, что уже проще купить, чем объяснить, почему не сегодня. Да еще какие-то шестьсот долларов. Черт с ними! И ты идешь в магазин и видишь, что… сапожки стоят в несколько раз дороже.

А еще к ним обязательно нужно купить сумочку и шарфик, подходящие по цвету. Непременно сейчас же. В других местах – такого нет и не будет. И ты стоишь в этом магазине, раз пришел – надо платить. И понимаешь, что тебя развели. Раз Киска давно их присмотрела, значит, и примеривала, и цену знала. И вообще, твой шкаф накрывается медным тазом.

Плюнув на все это – а зачем себя травмировать, – ты живешь дальше. Но проходит совсем немного времени, и у тебя опять набирается сумма, почти достаточная для покупки шкафа. Ты уже собираешься поехать в магазин оформлять покупку, как… вечером рядом садится Киска… И все по новой! Карусель.

…Если бы «Киски» вели себя так сразу, с первых дней знакомства, мужчине легко было бы ориентироваться, кто есть кто. Но они достаточно хитры. Ты не можешь воспринимать как проститутку девочку, которая живет с тобой, которая работает и чего-то зарабатывает. Ты какое-то время честно веришь, что просто до зарезу ей нужны зеленые сапожки. И только со временем начинаешь понимать, какая из баб сосала из тебя соки, а какая – тебя действительно любила. Но помогала всегда только жена.

Помню, читал, как один известный поэт просил руки у дамы. Она сказала: «Встаньте с колен, не протирайте НАШИ брюки». Вот так же ведет себя жена. Она твой друг и партнер, работает на семью, на перспективу. А «Киски», даже если на них жениться, все равно будут требовать с тебя зеленые сапожки. Самое нелепое, когда предлагаешь Киске расстаться, она выдает: «Ты купил жене квартиру, когда уходил от нее. А мне?»

– Да тебе-то за что?

– А ей за что?

Интересный вопрос о распределении материальных ценностей. Стоит его осветить для всех остальных «кисок».

Мы начали жить с женой, когда были студентами. Денег тогда ни у кого не было и в помине. Не было квартиры. Не было возможности сразу двоим делать артистическую карьеру. И потому карьерой занимался только я. А она – талантливая актриса – помогала подняться мне, при этом поставив крест на своей карьере. Мы вместе съели пуд говна, прошли огонь, воду и медные трубы. Вместе пришли ко времени, когда уже можно позволить себе все что угодно. Когда появились деньги, я стал постоянно предлагать: «Давай купим тебе новое платье». – «Платьев мне пока хватает. Давай лучше подкопим и купим еще одну квартиру, будем сдавать в старости. Деньги будут». Она не думает о том, как меня развести на бабки. У нее другая задача: сделать, чтобы в жизни не было провалов. Ведь жизнь состоит из полос, как зебра: черная, белая, черная… а в конце жопа. Зебра кончилась. Но с женой ты гораздо реже рискуешь оказаться в этом славном месте. Она видит черные полосы и старается их обойти. Она предпочтет исключить из своего гардероба зелено-красные сапожки. Пусть все будет серым, зато стабильным. И во времена, когда я не мог найти работу, работала она. И не складывала все заработанные деньги в свой карман, как это делала Киска. Поэтому я и купил ей квартиру, содержал ее и своего сына. А «Киски» не могут этого понять – НО ПОЧЕМУ?! Может, у них в голове все по-другому устроено.

Ведь – ПОЧЕМУ – понимает даже мой сын. То есть я совсем не хотел, чтобы он это понимал. Мы с женой скрывали от него, как живем. Он знал только, что папа работает в Москве, а на выходные возвращается домой. Месяцев через восемь сын стал догадываться, что что-то не так. А в один прекрасный день, когда он был у бабушки, та недоглядела, и он увидел сюжет по телевизору, где рассказывалось, что я живу в Москве с такой-то девушкой (я изо всех сил тянул Киску в телевизор, во все СМИ, да и вообще куда угодно).