— Ладно, главное — голову не выключайте. Всем привет, а вам удачи, парни!

— И вам, мужики, возвращайтесь быстрей! — крикнул Марат, включая передачу.

Проследив, как трудяга-«воровайка» скрывается за поворотом, мы синхронно вздохнули и пошли к наполовину убитому отечественному джипу.

Едва я, проехав по мосту через речку с непроизносимым названием Чусхваджи, успел остановиться возле маленького парфюмерного магазина, как делегация озабоченных встречающих выскочила навстречу — целая россыпь разномастных огоньков.

— Фу-ты, елки-палки, а то мы уж подумали, что про нас опять забыли! — издалека крикнул запыхавшийся мужчина средних лет. — Меня Сергеем зовут. Старицкий Сергей Викторович, новый глава местной администрации, недавно выбрали. Что ж вы мимо-то проскочили? Потерялись, что ль?

— Дела были, — уклончиво сказал я.

Старшина крошечного поселка с минимумом оставшегося населения ничем особенным не выделялся. Невысокого роста, подтянутый, без жиринки. Рукопожатие у него оказалось крепким и надежным. Пальцы рук с узлами мозолей и широкими ногтями — трудовая косточка, умеет много, работы не боится. Не пианист, в общем.

Рядом толпились пятеро мужиков, у всех в руках зажаты охотничьи ружья. Несколько женщин — вот этим уж точно тут делать нечего.

— Докладывайте: где турки?

— Мы не виноваты! — быстро бросил из-за спины старшины испуганный тощий мужичок в очках. Голос его больше был похож на хрип астматика. На лбу выступил пот — в жар бросает. Зашибись кадр… Они что, всех больных тут собрали?

По улице, освещая путь ручными фонарями, в нашу сторону спешили еще трое, все без оружия.

— Наших охотников в Лазаревское забрали, в погоню! Кто же знал, что они и здесь свой нос сунут?

— Петр, спрячься, не позорь поселок, — почти ласково сказал старшина и неожиданно замолчал.

Вся толпа в тишине уставилась на нас, как на главных докладчиков. Словно мы, а не они должны рассказать, что тут происходит и где сейчас находится враг. Гоблин, установив пулемет на корме, понял ситуацию раньше меня.

— Ага, братаны, как я понимаю, случилось что-то хреновое? Что притихли?

— Турки у нас двух человек убили, — уныло доложил Сергей Викторович, разводя руками в стороны.

— Ну, так и докладывайте по форме, черт возьми! — рявкнул я. — Женщины, брысь по домам, и чтобы больше я вас на улицах до особого распоряжения администрации не видел, накажу жестоко! Мужчинам встать в строй! По росту! Выпа-алнять!!! Сомов, займись!

Мужики, толкаясь и бурча, начали неуклюже выстраиваться в линию. Бардак сплошной, а не партизанское движение.

Выяснилось вот что. Вообще-то погибшие сделали доброе дело. Поздно заметив высадку, они пошли следом, желая проследить. Однако в какой-то момент азарт перевесил расчет, и партизаны начали сажать в них из гладкоствола. Результат оказался вполне предсказуемым: полегли оба. Однако турки, встретив неожиданный отпор, начали отступать вверх по реке, на окраину. Далеко уйти им некуда, особенно ночью, так что надо организовывать преследование, выслеживание и гашение.

— Сначала они засели в гаражах…

— В каких еще гаражах, где? — почти обрадовался я.

— Район у нас так называется — «гаражи», — пояснил староста. — Мы поближе подошли, постреляли…

— Долбодятлы! — громко охарактеризовал местных Гоблин. — Кто вас тянул? Вот и сидели бы там, ждали утра, а мы бы точно знали, где враг.

— Умные вы! Да я вообще уже не рассчитывал, что из Шепси кого-то пришлют! — взъярился староста.

— Так по рации же сказали!

— Вот только недавно и сказали… Мы ить уже успели пострелять!

— Ясно. То есть вы теперь не знаете, в гаражах они этих драных или дальше дернули? — попытался уточнить я.

— Отчего же не знаем? Дальше Мирного они не прошли, у меня там чуть выше по реке два боевых деда живут, они тоже стреляли. С ними связь по рации. Да и наблюдатели же там сидят! Следят, доложат.

Наблюдение — это очень хорошо, задача немного упрощается.

— Сколько бойцов у противника и сколько человек в наблюдении?

— Турок шестеро, товарищ командир. А в наблюдении… Да, почитай, все оставшиеся старшеклассники.

Гоблин начал громко крыть всех подряд матом, мужики опасливо замерли, из-за угла донеслись ядовитые женские смешки. Почему бабы до сих пор здесь? Я с трудом перевел дыхание, стараясь не сорваться на злость. Староста быстро предупредил очевидный вопрос:

— А кого я еще пошлю? У молодежи там каждый потайной уголок обгажен, все знают!

Спокойно, комсталк, спокойно. Не нам, выходцам из общины, где дети такого же возраста способны выполнять реальные боевые задачи, указывать главе на очередную якобы ошибку.