Красивое красное здание цыганского барона ураган взрывной волны разобрал — как ребенок постройку из дешевого китайского LEGO — одним пинком, и груда кубиков! Над согнувшимися под адским ветром уцелевшими деревьями зарябил красный фон летящих со скоростью пули кирпичей. Что было бы, поставь я «егеря» туда? В лучшем случае завалило бы по крышу.

Наконец волна ушла.

Стена здания, послужившая нам щитом, уцелела, отцы и деды действительно строили на века. В наступившей тишине неподалеку с треском повалилось почти устоявшее под ударом стихии дерево. Добили.

Гоблин с трудом оторвал руки от ушей. Точно, на барабанные перепонки давила тупая боль, как бывает после резкой посадки авиалайнера.

Обе собачки встали, невозмутимо встряхнулись и довольно бодро потрусили через полуразрушенные дворы. Их не интересует АЗС «Лукойл», их не радуют уцелевшие яблони садов. В реке мощный вал воды выплеснул на берега рыбу — вот что важно!

Я с опасением тронул ручку двери — не заклинило?

— Смотрите, близко к зданиям и деревьям не подходить! — предупредил нас Чуприн, следом за мной и сам спрыгивая на землю.

Не сговариваясь, мы пошли к автобусной остановке, которой больше не существовало.

Вопреки ожиданиям, асфальт не был усеян мусором, низовой супершторм выгладил все до последней пылинки, обломки и мусор задерживались лишь там, где возникали ветровые экраны любой формы.

— Словно подмели, — прошептал дед. — Я ведь хотел домик тут себе прибрать… Миша, и меня угости.

Сомов протянул ему пачку, щелкнул зажигалкой.

Хрясь! Со ствола одинокого дерева, практически лишенного веток, на землю упала старая телевизионная антенна.

— А я вот все думаю — что случилось с той жестяной будкой возле блокпоста? И с самой бабцой, если она сидела внутри? — несколько праздно поинтересовался Сомов, выпуская в небо дымную струю.

Блокпосту точно ничего не сделалось, да и волна на таком расстоянии должна была ослабнуть. Бронетехнике тоже. А вот жестянка вполне могла полетать.

— Унесло в Волшебную страну, к Изумрудному городу. Неясно только, кто тут злая волшебница Гингема и есть ли вообще добрая Виллина, — проворчал я.

— Смотрящие — это и есть Виллина! — уверенно заявил Гоблин, положив на асфальт счетчик Гейгера.

— Ну-ка, ну-ка? А Гингема? — прищурился я.

— Антисмотрящие! — смело заявил ничуть не смутившийся напарник. — Как в любой религии, Бог и диавол.

— Вы это о чем, молодые? — с интересом приблизился к нам Георгий Петрович. — Про Смотрящих я уже кое-что понял, а дьявол тут при каких?

— Да так, потом расскажем, версия, — отмахнулся я.

Черт, Гоб исправно продолжает читать мои мысли — может, в прошлой жизни мы были близнецами? Я тоже как-то размышлял над подобным раскладом: есть Хорошие Космические Парни, в контре им — Плохие Космические Парни… А Гудвин, Великий и Ужасный — это наш Сотников собственной персоной. Версия не версия, а обсудить ее стоит. И не в таком кругу.

— Никаких версий! — Сомов почти искренне возмутился. — Раз есть Добро, значит, должно быть и Вселенское Зло. Которое Добро регулярно ставит на правило и правит хорду. Кстати, командир, радиация в норме. Пока.

— Добро, зло… Много вы в этом понимаете, молодые! Простые, как семечки: черное вверху, белое внизу, — Григорий Петрович охотно начал философствовать.

Вот что значит постоянное ожидание удара! Привыкли люди к неизбежному. Только что упал метеорит, чуть не с Тунгусский размером, а он готов говорить на вечные темы.

— Это для людишек грешных да неразумных есть добро и зло. А уровнем выше все иначе — одни что-то строят, другие это ломают. Причем не суть важно, что именно строят. Если ваши Смотрящие занимаются строительством, пусть и неизвестно каким и чего, то обязательно должны найтись силы, желающие все поломать. Баланс!

На горизонте, набирая силу, полыхало зарево пожара.

— Оставить фантазии, экипаж, на юг смотрите!

В той стороне, где должен был находиться Майкоп, творился настоящий ад.

Даже если допустить, что метеороид упал не на сам город, а где-то рядом, нетрудно представить — там не осталось ничего живого. Пятно вывала строений и деревьев определилось не одиночным взрывом, а взаимодействием двух волн: той самой баллистической и взрывной ударной. Это огромный овал вскипевшей земли.

После страшного удара из-за мощной световой вспышки и потока раскаленных газов возникли лесные и городские пожары, в радиусе пары десятков километров остатки посадок и растительный покров сожжен полностью. Фантазия? Дай бог, такого и врагу не пожелаешь.