Под бамбуковой каютой строители не постлали дополнительного слоя папируса, который предохранил бы веревки, связывающие пучки папируса. В дальнейшем под ударами волн ерзающая каюта перетерла многие веревки.

Кроме того, уже на старте, в Сафи, когда размещали на палубе грузы, экипаж решил, что место им — вдоль правого, наветренного борта, чтобы широкий парус в сильный ветер не кренил левый борт. Ибн-Гибрин, хотя никогда не плавал в море, интуитивно противился этому решению. И оказался прав: в противоположность обычному паруснику на папирусной лодке наветренный борт должен нести минимальную нагрузку, ибо эта сторона впитывает больше воды. Из-за перегрузки этого борта вещами и под тяжестью воды, поглощенной папирусом, судно получило крен, который так и остался даже тогда, когда груз перенесли в другие места. Между тем притопленный борт оказался вровень с водой и, продолжая принимать удары волн, все более разрушался.

Все это свидетельствовало о том, что современное человечество утратило опыт древних, а члены экипажа лишь новички в папирусном мореходстве.

В соответствии со своими убеждениями Хейердал сам подбирал экипаж «Ра». Кроме плотника ибн-Гибрина, взятого в качестве специалиста по возможному ремонту папирусной ладьи, норвежец пригласил еще пятерых спутников, и все они были из разных стран. Единственный из экипажа профессиональный моряк, ныне инженер-строитель, американец Норман Бейкер стал на борту ладьи штурманом и радистом. Мексиканский антрополог из университета в Мехико, Сантьяго Хеновес исполнял обязанности завхоза. От СССР в экспедиции участвовал врач Юрий Александрович Сенкевич. Итальянский альпинист Карло Маури (среди его предков есть выходцы из Богемии) должен был обеспечить надводную часть съемок документального цветного фильма «Экспедиция Ра», а египетский аквалангист, самый молодой в экипаже, Джордж Сориал — подводную съемку киноленты и подводный ремонт лодки.

28 апреля 497 студентов Каирского института физкультуры потащили «Ра» на канатах по деревянным каткам к автостраде. Затем ее везли автотрайлеры в порт Александрия, а грузовой шведский пароход «Сагахольм» доставил ладью через Средиземное море в порт Танжер и наконец автотрайлеры привезли ее по пыльным дорогам в порт Сафи.

25 мая «Ра» стартовала. На ее пути через океан Хейердал предвидел три опасности: острые скалы Канарских островов, зону бурь после середины маршрута и ураганы в августе в Карибском море. Если лодка благополучно минует две первые опасности, то, пройдя между Малыми Антильскими островами, можно будет решиться на программу-максимум: достичь родины древних ольмеков на южном побережье Мексиканского залива, а не довольствоваться первыми землями Нового Света — островами Барбадос, Мартиника или Тринидад.

Через неделю плавания «Ра» благополучно прошла Канарские острова. А через пять недель после старта, проделав половину пути между землями Старого и Нового Света, Хейердал доложил главам семи государств, граждане которых составляли экипаж ладьи, о том, что на полуфинише все хорошо.

Нужно сказать, что в этот год активного Солнца море почти не было спокойным. На протяжении всего маршрута лодку, как щепку, бросало среди трех- и четырехметровых волн. От постоянных ударов волн правый борт набряк и опустился, открыв воде путь на палубу. Сильно расшатало, а во второй половине пути притопило корму. Волны били уже в стены каюты, и часть ящиков, на которых спал экипаж, была разбита. Для безопасности людей и чтобы отснять достоверный фильм о последних днях лодки «Ра», Хейердал вызвал с острова Мартиника небольшое судно. Встреча в океане должна была произойти в ночь на 14 июля или в середине следующего дня.

Но как раз 14 и 15 июля разразился новый шторм — еще пуще прежних. Одна опора двуногой мачты, покосившись, вспорола крепления папируса с правого борта. Гигантские волны вертели и швыряли папирусный кораблик, а непрерывный ливень довершал разрушительную работу. Когда 16 июля к «Ра» подошла наконец моторная яхта «Шенандоа», экипаж лодки с трудом держался на ногах.

По распоряжению Хейердала экипаж перебрался для отдыха на «Шенандоа». Позже Хейердал с двумя членами экипажа вернулся на «Ра», чтобы заменить новыми перетертые веревки. Для этого требовались не только надводные, но и подводные ремонтные работы. Когда к ним приступили, стая акул устремилась к ладье, а некоторые из них вертелись всего в полутора метрах от борта. Говорят, что у этих хищниц особое чутье на тонущий корабль и они, в ожидании жертв, всегда оказываются возле гибнущего судна незадолго до трагического финала.

Хейердал не стал ждать этого финала и 18 июля окончательно перебрался с экипажем на яхту. На «Ра» из двух весел соорудили мачту и поставили парус. Руководитель экспедиции обратился с просьбой к капитанам всех судов, находящихся в океане, не буксировать ладью: быть может, она своим ходом достигнет земель Нового Света. Экспедиция «Ра» по существу была закончена.

Значит ли это, что ученый не доказал своей идеи? Вовсе нет! «Ра» проплыла 5000 км, или около 5/6 маршрута, показав и высокую степень непотопляемости, и высокие мореходные маневренные качества. Пройденный маршрут превышает путь через Атлантику из Европы в Канаду или из Венесуэлы в Нью-Йорк.

После того как «Шенандоа» доставила экипаж «Ра» в главный город острова Барбадос — Бриджтаун, Хейердал, знакомясь с прессой, обнаружил, что многие газеты неправильно информировали читателей о целях его экспедиции и расценили ее научный эксперимент как неудачный. А часть ученых, не располагая достоверной информацией, кроме сведений, почерпнутых из прессы, выступала с необоснованными критическими замечаниями относительно целей и результатов эксперимента Хейердала.

Желая довести до сведения общественности, и особенно ученых, истинные цели экспедиции и лично рассказать о ее результатах, Хейердал с членами экипажа решили побывать на родине каждого. Сразу после плавания посетили Нью-Йорк, где живет Норман Бейкер. В середине сентября все съехались в Каире, а через неделю, с 25 сентября до 4 октября, экипаж «Ра» побывал в Советском Союзе. По желанию Хейердала программа поездок по СССР была исключительно насыщенной встречами с общественностью и учеными, пресс-конференциями. В Москве, Ростове, Новочеркасске и Ленинграде, где побывал экипаж, Хейердал снова и снова говорил:

— Да, наша цель — выяснение мореходных качеств папирусной ладьи — часть громадной проблемы, которую коротко можно было бы сформулировать словами: «Плавали ли древние, скажем, египтяне, к землян ольмеков?» Но мы не пытались утверждать, что древние действительно плавали, а всего лишь выясняли, могли ли они плавать на имевшихся в ту пору в их распоряжении средствах. И мы выяснили, что это средство — папирусная ладья — мореходно, и тем самым наш научный эксперимент успешно завершен…

И все же часть ученых поговаривает, что цель эксперимента была мелка, что «гора родила мышь». Эта оценка тоже неверна. То, ради чего семеро смелых отправились на папирусной ладье, привлекло внимание ученых и мировой общественности. Проблема «Плавали ли древние из Старого Света в Новый и оказали ли воздействие на развитие цивилизаций Мезоамерики?» стала сегодня одной из ярчайших проблем истории далекого прошлого нашей планеты.