— Никакого такого признания я не делала, — огрызнулась Кейра. — А потом, разве вы, Фейн, хорошо знаете своего отца? Нечего закрывать на это глаза! Сказать вам кое-что еще?

— Скажите.

— Знайте же, что я ни секунды не жалею о том, что вышла замуж за Лукаса. И никогда не пожалею!

— Будто? — с усмешкой переспросил Фейн. Он говорил тихо, но в его голосе звучало что-то напоминавшее угрозу. — Вы уверены, что никогда не откажетесь от этих слов?

Кейра откинулась на деревянную спинку скамейки, и ее волосы на фоне белоснежной марли показались Фейну черными как смоль, а глаза изумрудными. У него перехватило дыхание.

— Я никогда не откажусь от своих слов, — твердо, с металлом в голосе ответила Кейра.

Однако в глубине души она не была так уж в этом уверена. И уныло подумала, что Фейн, возможно, прав.

— По-моему, вам полезно получить сегодня урок. — Фейн мрачно улыбнулся.

— От вас? — огрызнулась Кейра. — Не думаю. Она скорее умрет, чем позволит Фейну догадаться о тех чувствах, которые он уже успел ей внушить. Фейн же отступил на шаг, уперся сжатыми кулаками в бока и проговорил нараспев:

— Что, черт возьми, случилось? Или дело в том, что я не присудил первую премию вашей лодыжке?

Итак, он узнал ее. Но каким образом? И, прежде чем Кейра успела опомниться, Фейн быстро нагнулся, схватил ее за ногу и, стащив туфлю, приставил стопой к своим бедрам. От неожиданности всю ногу Кейры свела судорога. Она вскрикнула и принялась неистово массировать икру.

Фейн рассмеялся. Кейра оказалась все же не бездушной и холодной сверхведьмой, как он полагал раньше. Это ему понравилось. Она же, заметив появившееся в его взгляде доверие, вдруг почувствовала, как забурлила кровь в жилах. Словом, игроки явно стоили друг друга!

— Вы попали прямо в точку, дорогой! — с легкой усмешкой воскликнула Кейра. — Дело действительно в лодыжке. Правда, трудно было ожидать тонкого вкуса от столь большого мужчины!

И она, крепко сжав все пальцы на ноге, большим что было силы ударила Фейна в бедро. Он с изумлением посмотрел на нее и громко щелкнул челюстями. Брови его сошлись, а в глазах засверкали молнии.

Это уже опасно! Пора остановиться! — подумала Кейра.

Но было уже поздно. Она сама перебросила мяч на поле соперника, который, конечно, не останется в долгу. Что ж, теперь придется только ждать…

Ждать долго не пришлось. Своими длинными пальцами Фейн обхватил другую ногу Кейры чуть повыше щиколотки и потянул на себя. Почувствовав, что вот-вот свалится со скамейки, она уцепилась обеими руками за ее край.

Фейн же плотно прижал обе ноги Кейры к своим бедрам. Она заметила, как под джинсами быстро твердеет его мужская плоть. Губы ее сразу же высохли. Дыхание сделалось лихорадочным. Кейра с отчаянием посмотрела в глаза Фейна и увидела в них беспросветную скорбь. На какую-то долю секунды ей даже показалось, что он хочет ее убить. Нет, она ждала не такого взгляда! Уж лучше бы он вообще на нее не смотрел…

Из груди Кейры вырвался страстный стон, а сердце готово было выпрыгнуть наружу. Нет, она не должна позволить Фейну вести игру по его правилам. Иначе конец! Боже, что же делать?..

— Леди Пенда! — вдруг раздался из-за марлевой стенки голос миссис Джонс — жены священника. — Вы нам нужны для вручения призов победителям конкурса на лучшее подражание певчим птицам.

Кейра мгновенно вскочила со скамейки, сунула ноги в туфли и выбежала наружу. На секунду она остановилась, чтобы глотнуть свежего воздуха и прийти в себя. И тут же бросилась догонять миссис Джонс.

Фейн остался сидеть в марлевой коробке, тупо глядя на опустевшую скамейку напротив. Вид у него был совершенно измученный. Все тело нестерпимо болело. Он высунул голову наружу и стал жадно вдыхать в себя осеннюю прохладу.

И вдруг Фейна одолел смех. Отчаянный, перешедший в безудержный хохот. Так смеется человек, желавший сыграть с кем-то шутку, а вместо этого сам попавший впросак…

Колин Рэттиген поднял голову, услышав осторожный стук своей секретарши в дверь его кабинета. В солидных офисах старых юридических фирм не слишком доверяли телефонам или селекторам. Большинство их клиентов по старинке предпочитали личные встречи. Хотя Колин не возражал бы против того, чтобы веяния технического прогресса в конце концов коснулись и их. Но приходилось считаться и со вкусами любителей старины.

— Да, Фрэнсис, слушаю вас, — пробурчал Колин, с неохотой отрываясь от дела о разделе собственности, которое он вел по просьбе одного из своих клиентов. Глаза Рэттигена слипались после почти бессонной ночи.

— Вас желает видеть дама, сэр, — столь же недовольным голосом ответила Фрэнсис. Она работала на фирме уже двадцать лет, и это чувствовалось.

— Я знаю, что вы не назначали ей встречу, сэр, — продолжала секретарша, — но она уверяет, что вы ее непременно примете.