Кейра пододвинулась ближе к камину, пламя которого обещало тепло и уют, и протянула к огню свои замерзшие руки. Открылась дверь, и вошла Бесси с подносом в руках. Поставив кипящий чайник на стол, она с тревогой посмотрела на хозяйку.

— Не хотите ли добавить в чай немножко коньяку, Кейра?

Та отрицательно покачала головой, продолжая смотреть на огонь. Бесси налила чашку чая и поставила перед Кейрой на камин. Но Кейра даже не пошевелилась, чтобы ее взять.

— Мне надо позвонить Фейну, — сказала она скучным, бесцветным тоном. — А также Дженнифер.

Бесси прикусила нижнюю губу и твердым голосом сказала:

— Я сама позвоню миссис Гоулдер.

Бесси не хотела, чтобы Кейра разговаривала с этой хищной кошкой прямо сейчас. Ибо сразу же почувствует себя виноватой. Ведь Дженнифер дочь Лукаса.

— Я буду говорить с ней как можно вежливее, — объяснила Бесси.

Но Кейра молчала. Бесси пожала плечами, вышла из комнаты и, спустившись в холл, села за телефонный столик.

После того как дверь за Бесси закрылась, Кейра повернулась вместе с креслом и, оторвав взгляд от плясавшего в камине огня, посмотрела на телефон. Потом встала и, с трудом передвигая онемевшие ноги, подошла к аппарату. Не сразу подняла трубку. Руки ее дрожали. Прошло еще не менее минуты, прежде чем она вспомнила номер телефона Фейна. Набрав его, Кейра долго вслушивалась в протяжные гудки и уже хотела было положить трубку, когда на том конце провода раздался знакомый голос:

— Алло!

До Кейры не сразу дошло, что нужно отвечать.

— Алло, алло! — неслось из трубки. — Фейн Харвуд слушает вас!

— Фейн, — наконец произнесла Кейра каким-то совершенно отрешенным голосом.

Фейн же в своей квартире сидел в кресле и мучился от боли в спине.

— Кейра? — спросил он, узнав знакомый голос. — Вы как-то странно говорите. Что-нибудь случилось?

— Фейн. Я хотела бы, чтобы вы приехали. И как можно скорее!

— Что такое? — встревоженно спросил Фейн, крепко сжимая телефонную трубку.

В его голосе прозвучали жесткость и подозрительность. Кейра сразу же это почувствовала. Сердце у нее сжалось от боли. Она с трудом подавила рвущиеся из груди рыдания и до крови прикусила губу. Ей очень хотелось, чтобы Фейн этого не понял. Но он понял.

— Кейра, Кейра, что произошло? Вы плачете? Говорите же!

Если что-нибудь случилось с ней, то он…

— Лукас, Фейн, ваш отец… Надо, чтобы вы сейчас же приехали!

Фейн у себя в квартире в изнеможении закрыл глаза. В последний раз он видел отца два дня назад. Они сыграли партию в шахматы, которую Фейн неожиданно выиграл. Лукас был очень сильным игроком, но в тот день голова его была, похоже, занята чем-то другим. Фейн постарался было увлечь отца своими строительными проектами. Но Лукас выглядел слишком усталым. Даже когда Фейн спросил, не хотел бы отец поработать в фирме «Харвуд конст-ракшн» в качестве консультанта, тот не выразил особого желания.

И сейчас снова вспомнил, каким больным выглядел его отец.

— Что случилось? — еще раз повторил Фейн в телефонную трубку.

Кейра не хотела говорить ему по телефону, хотя слышала тревогу в голосе Фейна.

— Кейра! — надрывалась у нее над ухом телефонная трубка.

— Извините, Фейн, — ответила Кейра. — Но Лукас… — И она запнулась, не в силах произнести страшное слово «умер». Вместо этого она глотнула воздух и прошептала: — Фейн, его больше нет с нами…

Несколько секунд трубка молчала. Слышно было только частое, лихорадочное дыхание Фейна на другом конце провода. Затем он холодно сказал:

— Я выезжаю. — И повесил трубку. Кейра осталась стоять около стола с телефонной трубкой в руках. Потом медленно положила ее на рычаг и отошла к камину. Она не помнила, как долго старалась согреть свои онемевшие пальцы. Но они так и остались холодными…

Наверху, у постели покойника, сидел Макс Фелпс — семейный доктор Уэсткомбов. Он грустно смотрел на сразу вытянувшееся тело Лукаса и думал о том, что сказать Кейре. О том, что Лукас обречен, давно знали все. Еще до его женитьбы на Кейре. Но знала ли об этом она сама?

Макс вздохнул, натянул простыню на голову умершего и вышел.

Кейра сидела в гостиной с высоким интересным блондином, только что заварившим ей чашку свежего чая. Макс некоторое время озадаченно смотрел на него. Но, узнав в нем здешнего ветеринара, приветливо улыбнулся.

Весть о смерти Лукаса мгновенно разнеслась по деревне. Поэтому Макс не сомневался, что в ближайшие дни практически все население Верхнего Раушема непременно явится отдать должное памяти покойного, которого здесь глубоко уважали. Как Кейра сумеет со всем этим управиться, Макс не мог себе представить. Сейчас она сидела за столом напротив него бледная и безжизненная…