– "Не думал что после вашего налета кто-то выжил"?
– спросила Любава.
– О чем она говорила?

– Не знаю, - покачал головой Ставр.
– Мы с Весняной потом решили что ее какой-то другой кентавр обидел, но она не разбиралась, раз кентавр - значит виноват.

– И ты ее ранил?
– переспросила Варвара.
– Уверен что нож твой попал? Ой как это не хорошо. Ты ножик забрал?

– Нет, конечно, когда мне было? Ноги ведь едва унести успели. Весняна тоже по этому поводу переживала сильно, амулетами меня обвешала, я аж позвякивал при ходьбе.

– Амулеты это правильно, - задумчиво произнесла княгиня.
– А вот что твой нож у ведьмы лесной остался - плохо. Она через него тебе ой как навредить могла. Может не без ее помощи ты будто во сне был?

– Нашли на кого вину свалить, - усмехнулся Лавр.

– Не начинай, - попросила Варвара.
– Скажи, Ставр, а те амулеты, что тебе Весняна дала ты не снимал?

– Снимал как-то летом, - вспомнил Ставр.
– как раз перед тем как мы с ней потерялись. Мы в город шли, а потом я отвлекся на что-то, а ее нет. Я звал, я искал, я обратно по пути что мы прошли вернулся, искал ее, но напрасно. Я думал она домой вернется и...., - молодой кентавр опустил голову.
– Люблю я ее, - добавил он совсем тихо.
– Я бы никогда....

– Ой какая нехорошая картинка вырисовывается, - сказала Любава.
– Если та колдунья, что Весняну везет и та, что ты в лесу ранил, одна и та же, то все ой как плохо.

– Да с чего вы вообще взяли что это одна и та же?
– спросил Лавр.

– Ой а и правда, чего это мы?
– удивилась Любава.

– Ну вы же сами сказали, тетя Любава, - удивился Ставр.
– Молоденькая, светловолосая, а глаза черные и холодные.

– И что мало на свете девок светловолосых?
– с издевкой поинтересовался Лавр.

– Светловолосых с темными глазами не так уж и много, - задумчиво сказала Варвара.
– Но как же это наверняка узнать? Любава, ты снова с ней связаться сможешь?

– Нет, - покачала головой колдунья.
– Они в лесу где-то у озера.
– Она сказала, будет возможность, сама со мной свяжется.

– Значит надо чтобы когда это произойдет, Ставр рядышком был, - произнесла княгиня.
– Только надо сделать все так, чтобы она его не видела.

– Знать бы еще когда это случится, - вздохнула Любава.
– Не могу ж я с зеркалом целыми днями тут у него сидеть.

– Тут не можешь, - согласилась Варвара.
– У нас можешь. Ставр, собирайся, в княжеском доме пока поживешь. Лавр, надо так, - положила она руку на плечо кентавра.
– Пожалуйста.

– Делай что нужным считаешь,- Лавр поднялся и вышел на улицу.

– Ты не волнуйся, - Любава обращалась к княгине.
– Если она появится, я про Весняну все вызнаю, более того показать ее потребую, вот коли не покажет, тогда и волноваться начнем. Растерялась я просто сегодня, так неожиданно это все.

– Конечно. Спасибо, Любава, - княгиня улыбнулась.
– Ставр, с нами пойдешь или позже тебя ждать?

– Завтра приду, - буркнул молодой кентавр.
– Сегодня она уж всяко не объявится больше. Вы только у князя уточните можно мне появляться, он меня ведь тоже теперь не жалует.

– Спрошу, - Варвара вздохнула и, простясь, вышла.

– Ну что ты?
– Лавр обнял женщину за плечи.
– Не надумывай лишнего, может эта колдунья вовсе не та что весной им встретилась.

– Хотелось бы что б так было, - кивнула Варвара.
– Только та она. Сердце так говорит.

– И все равно рано горевать, - не унимался Лавр.
– Даже если та, она кентавров, а не княжен не любит. Тогда нам волноваться стоит, не тебе.

– Ох, Лавр.
– А за вас что, думаешь, сердце не болит?

– Мы за себя сами постоять можем, - усмехнулся кентавр.
– Давай сначала выясним та или нет, а потом уже волноваться будем.

– Лавр прав, - подошла к кентавру Любава.
– Поехали домой, замерзла я совсем.

– Поехали, - вздохнула княгиня и следом за Любавой, забралась Лавру на спину.

Когда Весняна стала узнавать родные места, она занервничала особенно сильно. Девушка днями и ночами обдумывала способы побега, но ничего придумать не могла. Убежать от Эйты было невозможно, вернее возможно, но для этого надо было освободиться от магической привязи, которой колдунья к себе княжну привязала, а Весняне это было не под силу. И не только потому не хотела домой Весняна, что стыдно ей было, хотя куда уж без этого. Но куда больше ее кентавры волновали. Убьет ведь всех ведьма, никого не пощадит и остановить ее если и смогут, то не сразу. Вон она как умудрилась тете Любаве в доверие втереться. Прямо благодетельница, блудную дочь в семью возвращающая. И как бы своих предупредить, хоть за денек, чтобы успели уйти кентавры. Мысли эти не давали девушке нормально спать и есть. Эйта силой не заставляла, но хмурилась, тощая и измученная девушка портила ее план.