А потому он мог насладиться прогулкой по парку в компании Мерлина. Они поговорили о прошлом. Задали обычные вопросы о Джордане. Почему он это сделал? Что могло побудить человека, выигравшего четыреста тысяч, вышибить себе мозги? По молодости они оба не могли представить себе, что успех эмоционально опустошает, хотя Мерлин и читал об этом в книгах и учебниках по психологии. Калли отвергал эту идею. Он знал, как он будет счастлив, получив неограниченное право пользования «карандашом». Он же станет императором. Богатые и влиятельные мужчины, прекрасные женщины станут его гостями. Они будут прилетать со всего света, не тратя ни цента, за счет отеля «Ксанаду» благодаря росчерку его пера. В их распоряжение он будет предоставлять лучшие номера, лучшую еду, лучшую выпивку, лучших женщин, хоть одну, хоть нескольких сразу. Он сможет перенести простого смертного в рай на три, четыре, пять, шесть дней, даже на неделю. Бесплатно.

Правда, им придется покупать фишки, зеленые и черные, и играть. Но цена все равно будет невелика. А при удаче они могут еще и выиграть. Или, играя по-умному, много не проиграть. Калли думал о том, как воспользуется «карандашом» для Мерлина. Мерлин сможет прилетать в Лас-Вегас в любое удобное ему время.

Но сейчас Мерлину было не до казино — он попал в передрягу, нарушив закон. Впрочем, Калли понимал, что дело это временное. Всем случается нарушать закон. И Мерлин показал, что страдает от этого. Калли, во всяком случае, это видел. В нем вдруг появилась неуверенность в себе. Калли ценил такое доверие. Мерлин открывал перед ним душу.

Поэтому, расставаясь, он тепло обнял Мерлина.

— Не волнуйся, я все устрою. Спокойно иди на заседание Большого жюри и отрицай все. Договорились?

Мерлин рассмеялся.

— А что еще мне остается?

— Когда приедешь в Вегас в следующий раз, все будет за счет заведения.

— У меня нет пиджака, который приносил мне удачу, — улыбнулся Мерлин.

— Не беда. Если слишком проиграешься, я встану за стол для блэкджека и помогу тебе компенсировать потери.

— Это воровство, а не игра, — ответил Мерлин. — Я перестал воровать, как только получил повестку от Большого жюри.

— Это шутка. — Калли хлопнул друга по плечу. — Я не могу подложить Гронвелту такую свинью. Если бы ты был красоткой, тогда возможно, но ты слишком уродлив. — Он удивился, увидев, как дернулся Мерлин. Только тут Калли понял, что Мерлин относится к тем людям, которые считают себя уродцами. Обычно это прерогатива женщин, а не мужчин, подумал Калли. Перед тем как уйти, спросил, не нужны ли Мерлину деньги из тех, что хранились в кассе казино. Мерлин ответил, что нет. На том они и расстались.

Вернувшись в люкс отеля «Плаза», Калли позвонил в несколько казино Лас-Вегаса. Ему сообщили, что Чарльз Хемзи по-прежнему не расплатился по долгам. Потом набрал номер Гронвелта. Хотел рассказать о своем плане, но в последний момент передумал: никто не знал, какие линии прослушиваются ФБР. Поэтому мимоходом упомянул о том, что задержится в Нью-Йорке на несколько дней и задаст несколько вопросов клиентам, которые просрочили свои долговые обязательства. «Спрашивай по-хорошему», — предупредил Гронвелт. «Естественно, — ответил Калли. — По-другому просто быть не может». Оба понимали, что их реплики предназначались для прослушки. Но Гронвелт понял, о чем речь, и знал, что по приезде Калли представит подробный отчет. И Калли стало спокойнее: Гронвелт не мог обвинить его в излишней самостоятельности.

Наутро Калли нашел Чарльза Хемзи, но не на фабрике готовой одежды, а на поле для гольфа в Рослине на Лонг-Айленде. Поехал туда на арендованном лимузине. Сел в баре у окна, выходящего на поле, и стал дожидаться Чарли.

Тот появился через два часа. Калли вышел из бара, направился к нему. Чарли болтал с другими игроками, прежде чем пойти в раздевалку. Калли увидел, что он отдает деньги одному из игроков. Понял, что с карт и костей бедняга переключился на гольф: в других местах он появляться боялся.

— Чарли! — Подойдя вплотную, Калли ослепительно улыбнулся: — Рад вновь тебя видеть. — Он протянул руку, которую Хемзи пожал.

По лицу Хемзи понял, что тот его узнал, но никак не вспомнит, где мог его видеть. Калли пришел ему на помощь:

— Калли. Калли Кросс. Из отеля «Ксанаду».

Партнеры по гольфу уже заходили в здание клуба, Чарли последовал за ними. Крупный мужчина — Калли едва доставал ему до плеча, — Чарли молча протиснулся мимо. Калли ему не мешал. А потом воскликнул:

— Чарли, удели мне минуту. Я здесь, чтобы помочь. — Голос звучал искренне, но в нем отчетливо слышались железные нотки.

Хемзи сбавил шаг, и Калли тут же оказался рядом.

— Выслушай меня, Чарли, тебе не придется выкладывать ни цента. С твоими вегасскими расписками я все улажу. При условии, что твой брат окажет мне маленькую услугу.

Лицо Чарли Хемзи побледнело, он замотал головой:

— Я не хочу, чтобы брат узнал об этих расписках. Он меня убьет. Моему брату говорить ничего нельзя.