— Чистота намерений? Да вы целовали мою сестру! — негодую я.

Колдовская сила растет во мне с головокружительной скоростью. Мне хочется воткнуть в Елену ее швейную иголку. Перебить все эти хорошенькие флакончики на ее туалетном столике. Просто чтобы показать, насколько я сильна. Я на мгновение закрываю глаза, чтобы по крупицам восстановить самообладание.

— Что тут творится? — В комнату просачивается Тэсс и закрывает за собою дверь. — Почему вы так кричите?

Я вперяю указующий перст в Мауру, по-прежнему нависающую над опустевшим Елениным креслом.

— Скажи ей! Скажи, что ты сделала. А вы, — я разворачиваюсь к Елене, — я хочу, чтобы вы убрались из этого дома. Сейчас же.

— Ты не можешь просто выставить ее на улицу, — говорит Маура, спеша к Елене.

Я не обращаю на нее внимания, не сводя глаз с Елены.

— До наступления сумерек можете собираться. Джон отвезет вас на вокзал. У нас есть деньги на непредвиденные домашние расходы, их должно хватить, чтобы оплатить вам дорогу до Нью-Лондона.

— Если ты отошлешь ее, я тоже с ней уеду, — угрожает Маура.

Я выпрямляюсь. Я выше всех в этой комнате. Выше и сильнее.

— Маура — не та, кто вам нужен. Я сильнее, чем она, и дважды это доказала. Я клянусь, что буду препятствовать каждому вашему шагу, пока вы не скажете ей правду. Как знать, быть может, ваше начальство не обрадуется, узнав, какую тактику вы тут применяли? Вы ничего не выиграете от того, что Маура будет думать, будто вам есть до нее дело, если я расскажу о ваших методах тем, кто стоит во главе Сестричества.

Елена долгий миг не сводит с меня глаз. Она — амбициозная женщина, положение в Сестричестве наверняка очень важно для нее, поэтому я надеюсь, что моя угроза подействует.

Наконец она поворачивается к Мауре и касается ее пышного кремового рукава.

— Маура, — говорит она, — боюсь, вы заблуждаетесь относительно чувств, которые я к вам питаю.

Голубые глаза Мауры снова наполняются слезами.

— Не говори так, — молит она, схватив другую Еленину руку, — не слушай Кейт. Пожалуйста. Я… я люблю тебя!

Тэсс рядом со мной коротко присвистывает от изумления.

— Мне очень лестно ваше признание, — говорит, отстраняясь, Елена, — но я не могу ответить вам тем же.

Рука Мауры падает. Та самая рука, что так нежно гладила Еленину щеку.

— Но ты же меня целовала!

Елена качает головой. Несмотря на кипящие страсти, она по-прежнему выглядит безупречно, будто фарфоровая кукла: из ее прически не выбилось ни единого волоска.

— Вы застали меня врасплох. Это было ошибкой.

Маура переводит взгляд на меня:

— Ты была права, — гневно выкрикивает она, выбегая из комнаты. — Довольна теперь?

Остальные молчат. В другом конце холла Маура так хлопает дверью, что пол содрогается.

— Вероятно, все можно было сделать гораздо лучше, — говорит Елена, открывая шкаф и вытаскивая оттуда свой чемодан. — Вы можете заставить меня уехать, но они пришлют кого-нибудь еще. Я расскажу им все, что узнала. Вы не сможете этого избежать, Кейт. Лучше будет, если вы присоединитесь к нам добровольно.

— А если нет? — Я хочу, чтобы Тэсс услышала ответ Елены.

— Сестры не хотят ничего вам навязывать, но, если придется, они сделают все, что в их силах, чтобы вас убедить. Они не постесняются использовать для этого Мауру или Тэсс. — Елена собирает свои вещи с туалетного столика. — Тэсс, я сожалею, что мне пришлось это сказать. Это не то, чего я хотела бы.

— И не то, чему вы станете мешать, верно? Так что вам нечего делать в этом доме. Пакуйте вещи и убирайтесь, — огрызаюсь я. — Тэсс, пойдем со мной.

Все это время Тэсс стояла у стены, прижавшись к обоям с орнаментом из тюльпанов, и внимательно следила за происходящим своими наблюдательными, серыми, как грозовое небо, глазами. Следом за мной она проходит через холл в мою комнату. Отсюда слышно, как рыдает в своей комнате Маура. От этого звука все внутри у меня переворачивается.

Тэсс забирается на мою кровать, свесив вниз обутые в домашние туфли ноги.

— Ты что-то скрыла от нас. Расскажи мне все, — говорит она.

И я рассказываю.