Сначала никто не верил в то, что война начнется. А потом все думали, что она закончится к Рождеству, что главы государств опомнятся.

Но кровавая бойня растянулась на целых четыре года. У миссис Рассел были все основания бояться за сына, хотя в то время еще никто не мог этого предугадать.

— Неужели она в самом деле могла покончить с собой из-за какого-то глупого суеверия? Наверняка тщательное расследование открыло более вескую причину ее исчезновения… И потом, если она утонула, рано или поздно ее тело прибило бы к берегу?

— Вы ее не знали, — устало ответил Моррисон. — Элизабет Рассел была одержима новостями; она читала все, что могла найти. Ей с курьером присылали все лондонские ежедневные газеты. Она переписывалась с подругой, вышедшей замуж за француза; когда немецкие войска перешли границу, подруга послала ей телеграмму. И несмотря ни на что, ее сын пошел в армию, хотя не прошло и двух недель после ее исчезновения. — Священник пожал плечами. — Местные жители, по-своему мудрые люди, даже радовались, что тело миссис Рассел не нашли. Видите ли, на самоубийце словно появляется клеймо… И если бы потом ее нашли, неизбежно возник бы вопрос, где ее хоронить… Жители Фарнэма были недовольны даже тем, что Рассел захотел поставить матери памятник в их фамильном склепе. Должен сказать, их отношение меня удивило. Мои прихожане в целом не слишком набожны.

— Вы сказали, что местные жители помогали в поисках. Не могли ли они нарочно сделать так, чтобы ее тело не нашли?

— Боже правый! — ошеломленно воскликнул священник. — Об этом я не подумал.

— Где находится этот склеп? Есть ли у вашего прихода кладбище?

— А, кладбище… Здесь, у реки, уровень грунтовых вод очень высок. Вот почему рядом с нашей церковью вы не найдете ни единого захоронения. Если вы поедете к деревне, то на полпути увидите поворот на проселочную дорогу, больше похожую на тропу. Она поднимается в гору. Там и располагается кладбище; рядом стоит дом приходского священника.

— Простите, преподобный, но не странно ли возводить церковь так далеко от деревни? К тому же кладбище находится в другом месте…

— О, это долгая история, — ответил Моррисон. — К тому же не очень приятная. Всего я и сам не знаю. Достаточно будет сказать, что эту церковь построили за несколько лет до того, как на трон взошла королева Виктория. В те дни епископ решил, что приходу Фарнэм необходима своя церковь. Но местные жители не очень-то любят сюда приходить. Среди моих прихожан — пожилые фермерши, дети, которые готовятся к первому причастию, новобрачные… Иногда приходят те, кому не к кому больше обратиться в скорби своей, кроме Господа. Я не ожидал, что мне достанется такой приход. Должен признаться, служба здесь стала для меня испытанием воли.

Ратлидж понял, что Моррисон очень ловко перевел разговор с Рассела и женщины с фотографии в медальоне на себя. Он решительно спросил:

— Когда вы в последний раз видели Рассела?

— По-моему, после того, как он записался добровольцем, сюда он больше не возвращался. А если и возвращался, то я его не видел. Однако я узнал, что он стал майором. Его фамилия появилась в списках раненых.

— А мисс Фаррадей?

— Так как не стало ее опекунши, миссис Рассел, и некому стало охранять ее, она уехала в Лондон. Очень печально! Ведь Рассел уехал воевать, она могла бы остаться в доме, и никто не сказал бы про нее худого слова. Но когда она заходила ко мне попрощаться, она сказала, что в доме живут привидения.

— Что, буквально?

— Я и сам задал ей такой же вопрос. Она ответила, что дом наполнен призраками того, что могло бы быть. Она выразилась буквально так: «Это несчастливый дом».

— Насколько я понял, Рассел был женат.

— Да, он женился в последний отпуск, перед тем как отплыть во Францию. Кажется, в «Берег» он свою невесту ни разу не привозил. А мне хотелось бы познакомиться с ней. Позже я узнал, что она умерла от осложнений при родах и ребенок тоже умер.

— Может быть, мисс Фаррадей предпочла уехать… именно потому, что он женился?

Моррисон улыбнулся, хотя глаза его оставались печальными.

— Отнюдь; все было совсем наоборот. Стоило ей захотеть, и Рассел немедленно женился бы на ней. Насколько я понял, она ему отказала. Я боялся, что он женился только для того, чтобы обеспечить «Берегу» наследника. Ну, если и так, «Берег» ему все равно не достался, верно? Впрочем, насколько я понял, на войне он остался жив. Так что предсказание, сделанное его матери, не сбылось.

Ратлидж достал из конверта фотографию покойника, выловленного в Грейвсенде.

— Мне нужно подтверждение, что это в самом деле Уайат Рассел. Если у вас возникнут сомнения, я охотно отвезу вас в Тилбери, откуда мы на пароме переправимся в Грейвсенд.

— Сначала дайте посмотреть снимок.

Ратлидж передал священнику фотографию. Моррисон взял ее и осмотрел в бледных лучах солнца, которые проникали через высокие окна.

— Но это не Рассел! — воскликнул он. — С чего вы взяли, что это он?

— Как не Рассел?! Вы уверены? Вы ведь не видели его шесть лет, — возразил Ратлидж, пытаясь скрыть ужас.