— Мама.

Он откинулся на камень и затих.

Кваме быстро вытащил нож, одним ударом рассек грудную клетку по горизонтали и раздвинул края раны. Кровь уже заполняла грудную полость. Он опустил руки, нащупал и вынул сердце, которое передал Мейсу.

— Бери. Обмажься и передай дальше.

Мейс так и сделал. Подняв сердце над головой, он стиснул его и подставил голову под струи. Через минуту его тело уже мерцало красным неоновым светом.

В кустах захрустело. Голос вдалеке напоминал его собственный.

— Тени уже здесь. — Кваме отступил от тела. — Остальные, побыстрее.

Взвод не заставил себя долго ждать: одни натирались вырезанным сердцем, другие черпали и окропляли себя прямо из раны. Вскоре весь отряд сиял как пламя.

Из кустов донеслись возбужденные крики. Джунгли расступились. И Тени набросились на них. Но кровь была пролита не зря. Пальцы Теней скользили по гладкой коже, но захватывали только пустоту. Тени вытащили мачете. Но защитный эффект только-только начал проявляться в полной мере. Тени отворачивались, не в силах противостоять невыносимому запаху.

— Что, ублюдки, не нравится? — крикнул Мейс. — Получили? Теперь-то вы нас не тронете!

— Заткнись, — оборвал его Кваме. Дразнить врага — только злить его, а Тени и без того опасные охотники. — Когда все кончится, подберешь тело Фузили.

— Ладно, сержант, — хмуро кивнул Мейс. — Подберу.

— А теперь, ребята! — крикнул Кваме. — Приготовить клинки!

Солдаты вытащили свои мачете. Без жертвы такое было бы невозможно — в обычных обстоятельствах Тени были по меньшей мере вдвое сильнее Тигров.

Тигры выполнили приказ. Тени, конечно, понимали, что происходит, но, как случалось и раньше, жажда убивать перевешивала осторожность. Держась на границе действия репеллента, они, однако, не уходили и лишь следили жадными глазами за своей добычей.

— Пора немного поработать! — крикнул Кваме и поднял клинок над головой. — Выбрать цель! — Оглядевшись, он заметил своего двойника. Непонятно почему, но победить свою копию всегда было легче, чем любого выбранного наугад противника.

Тень-Кваме смотрел на людей жадными, горящими глазами, не обращая внимания на слепящий блеск крови.

— По моей команде! Вперед!

Яркая вспышка…

Сухой электрический треск… удар… мышцы парализовало…

В ушах — гром.

— Стоять!

Кваме потряс головой. Ударил себя по уху.

— Ты скомандовал остановиться. — Тот же голос. Женский. Незнакомый.

Не Тигр. И не Тень.

Но больше здесь никого нет?

— Говорит майор Филатели, Виртуальный спецкорпус.

Майор? В джунглях не было никаких майоров. Насколько знал Кваме, это было какое-то чисто теоретическое звание, к носителям которого лейтенанты обращались как к божествам.

Кваме в богов не верил.

— Сержант Нейдерер, ваша пелликула инфильтрирована антиинформационной зоной Департамента на спутнике Плутона, Хароне, — продолжал голос.

Харон? О чем, черт возьми, говорит эта Филатели? Есть только джунгли. И всегда были только джунгли.

— Это Тени! — крикнул Кваме взводу. — Это их трюки! Не слушайте их! — Он отступил и снова взмахнул мачете.

Вспышка молнии. Еще один парализующий удар. Рука остановилась в воздухе.

— Извините, сержант, но у нас мало времени. Нам нужно вытащить вас отсюда, провести деконтоминацию и эвакуацию. У нас полцикла до начала очередной мутации кодового ключа.

— Да кто вы, на хрен, такие? — Голос походил на его, но принадлежал Тени-Нейдереру.

— Узнаете, сержант. И очень скоро. Иногда при эвакуации из зоны у солдата случается нервный срыв, переходящий в длительный психоз.

— Психов здесь нет, кроме тех гребаных Теней. И мы должны порубить их, пока они не порубили нас. — Может, подумал Кваме, мне еще удастся договориться с этим «майором».

Снова оглушающий удар грома, только теперь за ним не последовало вспышки. То, что пришло, было откровением. Сначала накатило прошлое. Юность, пролетевшая на предкомете в Оортовом облаке. Приют на Плутоне, куда его поместили после смерти матери. Начальник приюта, полуразумный деспот, Рулз, державший детей в ежовых руках строгой дисциплины. Он рос неподготовленным к жизни, недееспособным, подверженным любому внешнему влиянию, беспутным.