Боже, до чего она упряма!

— Значит, ты предпочитаешь уехать на другой конец штата, но не взять деньги у меня?

Меган пожала плечами, и Девин рассердился еще больше.

— Это самое большее шесть месяцев, — заметила она.

— А как насчет этого? — Он указал на себя и на нее.

Молодая женщина взорвалась:

— Этого?! Я даже не знаю, что это такое. А потому мне не стоит пренебрегать возможностью спасти карьеру.

Конечно. Ее драгоценная карьера важнее всего.

— Так было всегда, правда?

— Ну вот. Мы опять поем старую песню? — Меган закатила глаза. — Повзрослей, Девин. Мир не должен вращаться вокруг тебя. Кое-что должно перепасть и мне. У нас ничего не получится, если ты не можешь выдержать несчастные шесть месяцев. — Меган спустила ноги с дивана и встала. — Как хорошо было бы, если бы ты однажды подумал о чем-то кроме себя и своих удобств. Ради тебя и твоей карьеры я шла на многое. Ехала через весь штат, меняла колледжи, откладывала получение диплома, потому что мои документы запаздывали…

Он уже слышал все это раньше.

— Верно, но ничто не должно было вставать между тобой и твоей карьерой. И ты ушла.

— Черт возьми, Дев, я не прошу тебя ехать в Карбондейл. Единственное, что мне нужно, — твоя поддержка. Хотя бы маленький намек на то, что, опять сойдясь с тобой, я не обрекла себя на новый провал. Я должна была сделать выбор…

— И снова выбрала работу. Скажи, Меган, а на каком месте нахожусь я или, точнее, мы? В самом низу?

— Ты даже не попытался…

— Нет, я пытался. И тогда, и теперь. Я, знаешь, надеялся, что твой список приоритетов изменился. Что ж, я ошибся.

— А я надеялась, что ты изменился. Что ты наконец понял, как взрослые люди строят свои отношения. Отношения равных. Что ж, я ошиблась.

Ну вот, они оказались там, где закончили в прошлый раз.

Меган вздохнула, ее глаза сузились.

— Знаешь, давай забудем это.

— Забудем что?

— Все, что произошло с тех пор, как я опять приблизилась к тебе. Возвращайся к своей жизни знаменитости, а я попробую как-нибудь спасти себя. В Карбондейле.

Меган уходила от него — опять. Но сейчас она по крайней мере сделала это раньше, чем Девин успел как дурачок привязаться к ней.

— Если ты этого хочешь, Меган, да будет так.

Да будет так… То же самое он сказал, когда она уходила от него в первый раз. Меган снова было двадцать два года, а в сердце, казалось, застрял ржавый нож.

Она глотнула и заговорила медленно, чтобы не дрожал голос:

— Я очень рада, Девин, что у нас состоялся этот разговор. В наших отношениях абсолютно ничего не изменилось.

Да, да, она обманывала себя. И очень успешно. До сих пор.

Теперь Меган знала, что ей надо делать.

— И ты просто взяла и ушла? Без дальнейших разговоров? — спросила потрясенная Джули.

— О чем еще было говорить? Девин не хочет, чтобы я соглашалась на работу в Карбондейле. Это эгоизм. — Меган закрыла коробку и заклеила ее скотчем. Слава богу, у нее немного вещей, и часть их Джули согласилась хранить у себя до ее возвращения. — Раньше я всегда поддерживала начинания Дева, а он мои — нет. Я надеялась, что на сей раз будет по-другому.

— Мне кажется, ты не оставила ему шанса?

Меган удивилась:

— Я дала ему шанс. Но Девин видит только черное и белое. Или я остаюсь, или ухожу.

— Слушай, конечно, Девин эгоист, и лично я готова поджарить его на медленном огне за то, что он поставил тебя в такое положение. — Джули помолчала. — Но, мне кажется, ты поступаешь не очень разумно.

— А мне кажется, я тебя не спрашивала.

— Кто-то злится?

— А кто бы не злился? У меня были тяжелые две недели. Имею право позлиться немного. Всю мою жизнь перевернули с ног на голову.

— А жизнь Девина?

— Может быть, но не в такой степени. У него процветающая адвокатская практика, программа на радио, успешная книга. Бедняжка не очень-то страдает оттого, что пресса полила грязью его бывшую жену. А вот я… — Меган потерла виски, стараясь сбросить растущее напряжение. — Девин поступает так, как будто все мои амбиции — удар по его лицу.

— Прости, дорогая, но это звучит как приступ жалости к себе, — заявила Джули.

— Знаешь, ты не очень хороший консультант, — фыркнула Меган.