— Счастливица… — Клаудия сделала глоток. — Потом будет что вспомнить.

— Конечно нет! — запротестовала Хилари, чувствуя, как ее щеки заливает румянец. — Ты хоть представляешь, о чем говоришь? Как я буду себя чувствовать, если пересплю с ним, когда он, можно сказать, меня купил? Я не какая-нибудь дешевка!

Правда, это заявление почему-то не помешало Хилари представить себя обнаженной на этой кровати вместе с Троем Донаваном…

— За восемьдесят девять тысяч? — скептически протянула Клаудия. — Если бы я не была замужем, то не возражала, чтобы меня «купили» за такие деньги. Но легла бы ты с ним в постель, если бы он просто предложил тебе провести с ним ночь?

— Нет. Ни за что! — поспешно сказала Хилари. Помедлив, она добавила уже менее уверенно: — Думаю, нет…

— Ну, сестренка, кажется, ты влипла, — сочувственно произнесла Клаудия. — Только постарайся в него не влюбиться, а то…

В дверь постучали.

— Он здесь, — быстро сказала Хилари. — Мне нужно идти.

— Ладно. Береги себя. Все-таки этот год выдался для тебя тяжелым.

— Для всех нас… Пока, люблю тебя.

Их отец скончался во сне от сердечного приступа, мать снова была в реабилитационном центре. Может быть, чтобы забыться, Хилари и вступила в отношения с Барри?

Она бросила телефон и открыла дверь. Теперь ей осталось только пережить ночь с Троем.

«Люблю тебя».

Эти слова продолжали звучать в ушах Троя, когда Хилари открыла дверь и вышла в гостиную. С кем она говорила по телефону?

Она выглядела необыкновенно сексуально и в своем костюме в самолете, и в черном платье без бретелек. А сейчас при виде Хилари, в обтягивающих джинсах и длинной розовой блузке, с тонкой серебряной цепочкой на бедрах, Трой просто потерял дар речи и несколько секунд молча смотрел на нее, не в силах оторвать взгляд. Затем он резко отвернулся и, чтобы чем-нибудь занять руки, которые так и чесались ее обнять, закатал рукава рубашки.

На кофейном столике стоял включенный лэптоп. Все, что осталось сделать, — это подключиться к защищенной сети безопасности и найти нужные записи.

Да, это очень похоже на полковника Сальваторе — вылить свое недовольство на других, раз он оставил Хилари здесь одну. Несомненно, в качестве своеобразной мести за поведение Троя на аукционе…

Так было уже не раз, начиная со школы. Например, когда Трой программным способом уменьшил время занятий, полковник просто добавил еще несколько уроков, что только разозлило одноклассников Троя.

Не отрываясь от клавиатуры, Трой произнес:

— Я заказал кофе и кое-чего поесть, если наши поиски затянутся.

— Есть я не хочу, но от кофе не откажусь. Ладно, давай приступим — я не хочу терять время. — Босая, она почти бесшумно приблизилась к нему, ступая по персидскому ковру.

— Я подсоединил лэптоп к широкоэкранному телевизору, чтобы не горбатиться над компом. К тому же так больше шансов увидеть все детали — в подробности я тебя посвящать не стану, чтобы сразу не утомить.

— Конечно, тем более что я не разбираюсь в твоих игрушках.

— Может, ты передумаешь насчет еды? Чтобы все настроить, мне нужно время. А ты пока соберись с силами — то, что нам предстоит сделать, не то же самое, что смотреть кино. Нам придется работать с изображениями от разных камер, как внутренних, так и наружных, под разными углами. Работа нудная, долгая.

Хилари ухватилась за спинку стула:

— Значит, то, что случилось с нами…

Трой бросил на нее мимолетный взгляд:

— Нет. Я не планировал тебя поцеловать — это вышло само собой, но все останется между нами. Не только тот, кого мы ищем, умеет избегать камер.

Хилари облегченно выдохнула и подошла к тележке с едой и напитками. Трой оторвался от работы и залюбовался ее длинными стройными ногами. Словно почувствовав на себе его взгляд, Хилари обернулась.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— Не за что, — усмехнулся Трой и, не удержавшись, добавил: — Но думаю, что есть запись, где мы танцуем, прижимаясь друг к другу.

— Я хочу взглянуть. Включи телевизор! — Хилари налила кофе из серебряного кофейника и, взяв тонкую фарфоровую чашку, устроилась на старинном диванчике.

Сидя за лэптопом, Трой разделил экран на четыре части:

— Чтобы не тратить время, мы сразу посмотрим вид со всех камер, где людей не так много, а там, где народу больше, я выведу информацию на единый экран.

— Как может быть, что его почти никто не видел? — дуя на горячий кофе, спросила Хилари.

— Дело не в том, что его мало кто видел. Дело в том, что все боятся говорить. — Трой быстро пробежался по записям, сделанным в пустых холлах и пустых комнатах. — И тебе тоже надо бы бояться…