Зоуи кивнула — у нее были планы, но она предпочитала думать о них как о мечтах. Это звучало не так угнетающе.

— А определившись с планами ты переходишь к их воплощению, разве нет?

Зоуи опять кивнула, но уже не так уверенно, как в первый раз. Что именно она сделала, чтобы приблизить воплощение мечты о собственном ювелирном магазине? Ничего, честно говоря.

— Но ведь должен существовать баланс между делами и развлечениями. Нельзя работать двадцать четыре часа в сутки, иногда можно позволить себе расслабиться, поддаться импульсу…

На мгновение лицо Демиана исказила странная гримаса.

— А как насчет хаоса, который влечет за собой подобное поведение? — с неожиданной злостью спросил он. — Разве не ты вчера первая заявила, что нам нужно было действовать по плану?

— Ты прав, так бывает, но иногда человек должен следовать зову своего сердца.

Демиан отодвинул в сторону бокал, на дне которого все еще плескалось вино, и резко встал:

— Вот в чем проблема таких людей, как ты! Вы в любой момент можете броситься за иллюзией, которую зовете зовом сердца, не думая о тех, кого оставляете позади.

Зоуи растерянно смотрела на Демиана, не понимая, из-за чего он так разозлился. О каком хаосе он говорит? Да, из-за нее они попали под дождь, но разве это такая уж беда?

— Никто не говорил, что все просто. Иногда случается непредвиденное… Ты сам говорил, что, управляя яхтой, моряк должен быть готов к любым неожиданностям. В жизни все точно так же: ты справляешься с трудностями, которые встречаются на твоем пути, преодолеваешь тяжелые времена как речные пороги… Разве все эти маленькие победы не делают жизнь интереснее и не оставляют после себя чувство удовлетворения?

Демиан зло мотнул головой.

— Ты просто не понимаешь, — горько усмехнулся он и вышел из паба.

Не зная, что делать, Зоуи последовала за ним. Они вернулись на яхту в полном молчании, и Демиан, удостоверившись, что все в порядке, устроился на носу. Его темный силуэт на фоне звездного неба казался Зоуи невероятно одиноким и потерянным.

Набравшись храбрости, она подошла к Демиану и осторожно положила ладонь на его плечо:

— Кто так разочаровал тебя, Демиан? Кто убил в тебе желание развлекаться и радоваться жизни.

— Развлекаться? Что хорошего в развлечениях, из-за которых страдают люди, которые нуждаются в тебе? Подобное стремление к развлечениям — это просто эгоизм.

Он оборвал себя, осознав, что сказал куда больше, чем собирался, и снова уставился на волны.

Но Зоуи не собиралась отступать.

— Кто оставил тебя позади? — тихо спросила она и молча ждала, когда Демиан подберет слова, чтобы ответить.

— Мой отец, — наконец сказал он, не отрывая глаз от волн, мерно бьющихся о борт яхты. — Зов сердца настиг его, когда мне было пятнадцать. Однажды он просто усадил нас с матерью за обеденный стол и заявил, что его жизнь пуста, собрал вещи и уехал на поиски того, что наполнит ее смыслом. Он так и не вернулся.

Сердце Зоуи сжалось от сочувствия.

— И ты никогда больше его не видел?

— Мы встретились однажды, но домой он так и не вернулся. Сердце моей матери было разбито. Так что не стоит удивляться тому, что предложение следовать зову сердца кажется мне не слишком привлекательным.

Зоуи не знала, что сказать, поэтому просто села рядом с Демианом и прижалась щекой к его плечу.

— Он нашел то, что искал? — тихо спросила она, и Демиан горько рассмеялся.

— Думаю, он до сих пор продолжает искать. — Он повернул голову, и теперь они смотрели друг другу в глаза. — Самое смешное, что у него было все, о чем другие люди могут только мечтать: отличная работа, приносящая стабильный доход, любящая жена и сын, который его боготворил. Долгие годы я спрашивал себя: почему этого оказалось недостаточно?

Зоуи было трудно собраться с мыслями, и не только потому, что Демиан вдруг оказался так близко, но и потому, что вся уверенность в себе и чувство превосходства, так раздражавшие ее, вдруг исчезли из его глаз, оставив после себя лишь горечь и боль. И Зоуи не знала, как облегчить его страдания.

— Ты нашел ответ? — осторожно спросила она.

Демиан медленно кивнул:

— Да. Мой отец хотел, чтобы весь мир был у его ног, хотел больше денег и власти, более высокого социального статуса, но вот ему исполнилось сорок пять, и он вдруг понял, что так ничего и не достиг. Как человек слабый, он начал винить в этом нас с матерью, а не себя. Хотя это он не приложил достаточно усилий для достижения своей цели, а все отведенное ему время потратил на пустые фантазии. — Он мрачно улыбнулся. — У него должен был быть план.

Наконец Зоуи стало ясно, что стало залогом будущего профессионального успеха Демиана. Он сделал все, чтобы изжить в себе даже намек на отцовские слабости, точно знал, чего хотел, и стремился к достижению целей так, словно за ним гнались все демоны преисподней.

Зоуи печально вздохнула и перевела взгляд на плещущиеся за бортом волны.

— План — это еще не все, — тихо сказала она. — Даже самый лучший, идеально продуманный план в любой момент может лопнуть тебе в лицо, как мыльный пузырь.