— Ты заслуживаешь большего.

— А я могу сюда взять Маркизу?

— Она нашлась?

— Нет, — грустно ответила Ирина, — но я все еще надеюсь.

— Конечно, ты можешь ее взять.

Валерий встал из-за стола, подошел к Ирине, обнял ее за плечи и поцеловал в лоб.

На следующее утро Ирина проснулась в огромной шикарной кровати своей новой квартиры. Ночь была яркой. Утро еще более ярким. Солнце заливало светом спальню.

Ее мужчины уже не оказалось рядом. На подушке рядом лежал маленький клочок бумаги и кредитная карточка.

«Куколка, я уехал на работу. Я позвоню, когда освобожусь. Проведи этот день весело. Целую». А внизу были приписаны четыре цифры, очевидно ПИН-код.

Ирина покрутила в руках пластиковую карту. На ней было написано ее имя.

«Как в японской поговорке», — подумала она, улыбнулась, потянулась и позвонила Лике.

— Алле! — По голосу было понятно, что Лика еще спит.

— Ой, прости, кажется, я тебя разбудила?

— Да, сама виновата. Вечно забываю звук отключать на ночь.

— У меня сумасшедшие новости. Ты упадешь! — взволнованно затараторила Ирина.

— Рассказывай! — оживилась Лика.

— Пойдем завтракать — я угощаю!

Лика появилась в «Старбаксе» в утреннем образе. Волосы перетянуты резинкой в нарочито небрежный пучок, темные очки, бежевые джинсы. Лика сняла куртку, футболка слегка оголяла плечо. В это время суток люди в центральных районах Москвы не выглядят так расслабленно и непринужденно. Весь ее расслабленный вид намекал людям о том, что жизнь удалась. Ее жизнь удалась.

— Он подарил мне квартиру! — выпалила Ирина.

— Да ладно! — недоверчиво воскликнула Лика.

— Недалеко от тебя, кстати.

— На Кутузовском?

— Почти. В Москва-Сити. Знаешь же эти высотки.

— Я думала, там только офисы.

— Оказывается, и жилые квартиры тоже.

— Это ж целое состояние!

— Знаю. Она двухэтажная. Красивая — жуть.

— Иди ты!

— Правда. Я сама в шоке. Не верю в это.

— Ирка, это ж круто! Знаешь, сколько девчонок мечтают о таком подарке всю жизнь?

— Представляю…

— А ты как будто не рада?

— Лик, я не знаю. Понимаешь, я ведь его не люблю. Конечно, он мне нравится как мужчина. Да, он харизматичный, очень привлекательный. Мне с ним хорошо и спокойно, безумно интересно. У меня никогда не было таких мужчин. Я испытываю к нему огромную благодарность, но при этом чувство, что я его обманываю.

— Почему?

— Наверное, потому, что не испытываю такой же любви, как он ко мне. Поэтому мне, кажется, я не имею права принимать такие подарки.

— Да, Ир, такие подарки могут обязывать. Это точно. Я бы об этом на твоем месте подумала. А не о каком-то там чувстве вины.

— Думаю, если бы я его любила, то чувства вины бы не было.

— Ага. А обязательства были бы все равно.

— Какие, например?

— Например, он теперь будет иметь возможность приходить к тебе и уходить в любое время, когда ему это будет удобно. Еще пример?

— Да.

— Ты будешь считать себя несвободной, думая, что ты ему обязана. И будешь права, потому что он будет считать так же. Но самое главное: хитрость в том, что он сам при этом будет свободен от любых обязательств.

— Как же сложно…

— А ты думала — таким, как я, все легко и просто дается? Это глобальная иллюзия. Когда ты зависишь от работодателя, ты с легкостью можешь его поменять, если что-то не устраивает. Когда ты зависишь от своего мужчины, особенно от одного, ты становишься рабыней… в какой-то степени, но рабыней. Внешне все хорошо: яхты, салоны, брендовые шмотки, красивые вечеринки, романтические путешествия и дорогие подарки. Но ты можешь все это потерять в любой момент. И хорошо, если он решит от тебя уйти, обеспечив отступные. А если ты больше не можешь терпеть его выходки, гулянки, контроль и деспотию? Ты не в состоянии уйти. У тебя ничего нет. Даже наличных денег.

— Но подарки остаются? Вот квартира — она же останется?

— Наивная ты. Он тебе документы на собственность оформил? Ты их видела?

— Нет. Но он же сказал, что это мне. Ключи дал.

— И что? Вот вы расстались. А через неделю приходит конверт с бумагами о сроках выселения. Ты начинаешь разбираться. Оказывается, квартира куплена на его фирму. Или просто арендована была. А срок аренды закончился. Плати или съезжай.

— Валера так со мной не поступит.

— Дай-то Бог, Ир. Я тебе рассказываю реальные истории. Не один такой случай на моей памяти!