Он даже не сдержался и буркнул в сторону Вареников:

– Что, накаркали?

За что был награжден укоризненным взглядом.

– Думаешь, видеть будущее приятно? – Варя покачала головой. – Особенно неприятное будущее? Особенно зная о том, что ты будешь говорить потом…

– На-карр-р-р-ркали! – сестры так заливисто и задорно изобразили вороний клич, что даже гремлины поддержали их из глубины своей тюрьмы – курлыканьем и перестуком.

– Все-то вы знаете…

– Не все, к сожалению, – вздохнула Ника.

– Мы еще только учимся.

– И мы! – раздался тоненький голосок из контейнера. Гремлинам надоело хранить молчание и следовать их же собственным правилам разговора.

Близняшки так и застыли, раскрыв рты, а после выразительно замахали руками на Макса и меня, чтобы ничего не испортили: не специально, разумеется, а из-за того, что хотели «как лучше».

– И нравится вам учиться? – Варя еще только начала вопрос, а Ника уже прижалась изо всех сил к сундучку ухом, обняла его обеими руками и закусила губу от напряжения. Не пропустить ни звука, ни шепота!

– Да! – хором ответили из ящика.

Потом один голосок добавил:

– Вы нам здорово помогаете. Особенно толстый очкарик. Смешно падает.

Макс от изумления даже не разозлился. Толстый?! Последний раз его называли толстым в детском саду – у любого ребенка бывает такая стадия, когда он напоминает родителям и другим взрослым «пухленького ангелочка». Сверстники, однако, не столь благожелательны в оценках. Макс даже ностальгически вспомнил удивление тех самых сверстников, когда он за одно лето вытянулся сантиметров на десять, а то и целых пятнадцать, и разом стал самым высоким из детсадовской группы. А «пухлость» каким-то образом весьма гармонично распределилась по всему телу, перейдя в мышцы.

От воспоминаний Максим неосознанно приосанился и мечтательно улыбнулся, что, учитывая сказанное, выглядело донельзя забавно. Я фыркнул в усы, а Ника не выдержала и хихикнула.

– Нет! – из ящика донеслось шебуршание и шлепки.

– Ой! Подзатыльник-то за что?

– Не помогает, а мешает-мешает! А если расскажем – что нам за это будет?

Вареники переглянулись. Надо было срочно вспоминать, чему их учили на лекциях по контрактам и договорам с нечистой силой. Главный тезис, который преподаватель вывел тогда на доске, гласил: «Постарайтесь остаться в живых, а не быть одураченным – дело второе!» Это серьезное изречение настолько врезалось в память, что остальные знания, полученные на той лекции, затерялись на его фоне.

Положение спас конечно же я, ведь коты – не просто животные, а, по мнению некоторых людей (и ведьм, в частности), существа, которые ведут промежуточное существование между реальностью и потусторонним миром. Правда, раньше за собой я ничего эдакого потустороннего не замечал, но сейчас просто озарило – я понял, чего хотят гремлины. Очень ярко представил себя зеленым, малюсеньким, без шерсти, да еще и запертым в коробке.

– Вам будет гаджет! Стрелялка с одним зарядом!

– Зачем нам один? – обиженно протянули из коробки. – Нас же много…

– Вот именно! А снаряд – один. То есть, невозможно предсказать вероятность, в кого попадут, так?

Из коробки настороженно молчали.

– То есть, вы все разом превратитесь в гремлинов Шредингера. Первых в истории! О вас напишут в учебниках!

Последовала пауза. Гремлины думали. Макс покончил с воспоминаниями и теперь пытался восстановить картину того, что только что произошло. Девочки уважительно смотрели на меня, завидуя скорости, с которой придуман вариант сделки, и лихорадочно соображали, что делать, если гремлины на нее не согласятся. Я меж тем переминался с лапы на лапу, чувствуя себя как на иголках. Вот кто за язык тянул, а? Проникся эмпатией? Почувствовал себя гре…

– Ого-го! Уру-ру! – раздался радостный хор. – Мы согласны! Согласны-рассогласны!

Ника облегченно выдохнула и постучала по сундучку согнутым пальцем:

– Только вы сначала расскажите, чем вам помогает Макс. То есть мешает. В учебе.

Пока гремлины наперебой отвечали на вопрос, а также делились мнениями о погоде в море, о станции, ее жителях, невкусных розах, нервном садовнике с длинным именем, я сооружал обещанную «стрелялку», поэтому часть информации пропускал мимо ушей. И не замечал, как мрачнели близняшки и как хмурился Макс…

Обычно те гремлины, которым предстоит жить рядом с людьми, проходят в детстве курс молодого бойца. Тренируются скрываться от человеческих глаз и пакостить настолько умеренно, чтобы в якобы случайно разбитых чашках и потерянных карандашах заподозрили простое стечение обстоятельств. Истории с неравными боями и слоном в посудной лавке случались, когда исследователь или маг сам лез в гнездо «мелкого врага». Или же гремлины вели одну из своих наступательных войн на человечество – тогда они позволяли себе и показываться воочию, и, не скрываясь, устраивать трах-бум и тара-рах. Но в мирной жизни они почти всегда скрываются, пусть это и претит их сущности.