О «жертвоприношении в Вевельсбурге» писать не принято. На первый взгляд оно не вяжется с образом трусоватых злодеев, убивавших миллионы, но жадно цеплявшихся за собственную жизнь. Но не будем забывать — они верили в реинкарнацию и надеялись на возвращение в ином, высоком и прекрасном обличье, поскольку свою земную миссию уже выполнили. Насколько искренне верили? Или ушли, спасаясь от расплаты? Ведь о создании международного трибунала союзники уже договорились. Гиммлер и его «рыцари» узнали об этом от графа Бернадотта, с которым рейхсфюрер вступил в тайные переговоры…

А что же сам Гиммлер? Почему он не оказался в числе этих «счастливцев»? Объяснение может быть простым, но до смешного логичным: другого, нового (и «прекрасного!») облика Генрих Гиммлер просто не мог себе позволить! Фото- и киносъемки уже запечатлели и показали миру его внешность. А ему еще ведь предстояло завершить земную миссию — договориться с Монтгомери. Увы, рейхсфюрер еще некоторое время обязан был быть узнаваем!..

Вот и пришлось оставаться пока в собственной невзрачной шкуре — низеньким, серым человечком с бегающим взглядом… с платиновыми коронками, под одной из которых на всякий случай был спрятан яд.

Переодевшись в гражданское и нацепив на глаз черную повязку, Гиммлер вместе со своим секретарем Брандтом и врачом Карлом Гебхардом отправился к Монтгомери, чтобы лично представить ему свой план по спасению мира от коммунизма.

23 мая на мосту около Люнебурга эту троицу остановил пост английской военной полиции. Гиммлера с сопровождающими и еще нескольких задержанных отправили в лагерь № 031.

Гиммлер провел в этом лагере два дня. Его несколько раз допросили. 26 мая его вызвали на очередной допрос. Он снял с глаза повязку, нацепил очки и назвал свое имя начальнику лагеря капитану Сильвестеру. Затем потребовал немедленной встречи с Монтгомери.

Срочно прибывшие сотрудники Secret Service обыскали этого странного человека с документами на имя Генриха Хитцингера и обнаружили при нем плотно свернутые три листа бумаги, всунутые в футляр из-под очков. Это был краткий план из восьми пунктов.

Первым пунктом в «плане» значилось следующее: срочно, в течение года, при помощи немецких разработок «довести» атомный проект (есть версия, что в 1945 году немцы имели так называемую «грязную бомбу») и сбросить две атомные бомбы — на Москву и Ленинград.

Последним, восьмым пунктом было «предусмотрительное» предложение: при необходимости «отложить на время» все планы, связанные с использованием СС в качестве полицейской силы. «Я понимаю сложности и противоречия создавшейся международной обстановки и Ваши личные трудности на Вашем посту, — писал Гиммлер Монтгомери, — отсрочка в деле не нанесет смертельного урона моим силам, поскольку я произвел консервацию. <…> При разумном подходе и соответствующем прикрытии с Вашей стороны такая отсрочка допустима. Все верные мне силы готовы дождаться зова судьбы…»

С этим «планом» сотрудники английской разведки ушли и отсутствовали несколько часов.

Уже к вечеру в помещение, где находился Гиммлер, пришел полковник Мэрфи и двое британских военных врачей. Никак не реагируя на вопросы Гиммлера, врачи начали тщательный обыск. Такой обыск — а Гиммлеру ли было этого не знать?! — спецлужбы проводят перед тем, как полностью «аннулировать» личность задержанного. Гиммлер все понял: встречи с Монтгомери не будет! С этой минуты он военный преступник. Это конец.

И возможно, в этот момент в общем-то последовательный Генрих Гиммлер принял неожиданное решение.

Когда один из врачей приказал ему открыть рот, Гиммлер раскусил ампулу с ядом.

Вот он и поступил, как рыцарь, как самурай… Так его и учили. Последнее стискивание зубов было своего рода возвращением в детство.

Физическую оболочку Генриха Гиммлера англичане сожгли; прах развеяли в лесу, около Люнебурга.

В сущности, магистр «Черного ордена» мог бы быть доволен: предшествующий реинкарнации ритуал, то есть добровольный уход и сожжение, был соблюден. Остается Гиммлеру последнее: дождаться зова судьбы — того момента, когда «страх и ненависть снова захлестнут» наш мир и призовут на боевой пост «человека, который возвращается».

Что же остановит Генриха Гиммлера? Что не позволит ему вернуться?

Только наша совесть. И наша память.

Р. S. Замок Вевельсбург и его окрестности отличаются огромным количеством труднообъяснимых явлений. По странному стечению обстоятельств вся земля вокруг замка в последнее время оказалась раскупленной иностранными государствами.

Немецкие историки полагают, что это сделано разведками ведущих стран мира в связи с временными аномалиями, якобы обусловленными теми экспериментами, которые проводились здесь в сороковые годы.