Глядя на его клыки и ногти, ставшие когтями, я поняла, что от моего пистолета мало проку. Оставив их шипеть, плеваться и кружить по ковру наподобие рассерженных котов, я вернулась в спальню.

Что взять? Что? Я засовывала в кобуру табельное оружие, когда из гостиной донесся голос Дэнверса:

— Ты меня не остановишь, Майер! Я ее возьму, а тебя она и не вспомнит. Она ответит мне! Как остальные.

Тим прошипел:

— Нет, пока я жив!

Я закатила глаза. Говорят, тестостерон вызывает склонность к мелодраме. Я не сомневалась, что Тим может за себя постоять, но, с другой стороны, он всегда дрался честно. Я не думала, что он проиграет, но на всякий случай готовилась к обороне.

Я оглядела комнату, отыскивая что-нибудь… Что угодно, лишь бы сошло за оружие. И тут подсказка бросилась мне в глаза: снимок, на котором мы с Тимом стоим перед академией, висел над кроватью. Тим сам украсил его рамкой из орешины, использовав сук росшего во дворе дерева. Я невольно заметила отличные заостренные концы восемнадцатидюмовых щепок.

К тому времени, как я разломала раму, они уже вовсю дрались. Я как зачарованная смотрела на царапающихся и кусающихся мужчин, заливавших кровью пол и стены, хотя раны и исчезали на глазах. Они двигались с такой дьявольской скоростью, что я никак не могла добраться до Дэнверса, не рискуя вогнать деревяшку в грудь Тиму.

Вдруг Дэнверс заметил меня и оказался рядом прежде, чем я успела отскочить. Его глаза горели по-настоящему страшно, и мое сердце бешено застучало, когда я ощутила его стальные мускулы. Я однажды дралась с Дэнверсом при задержании — тогда ничего подобного не было. Теперь я поняла, как нежно обходился со мной Тим. И поняла, в чем его затруднение. Сейчас никто из наших ребят не справился бы с Дэнверсом. Любой превратился бы в завтрак и, утратив память о прежнем призвании, пополнил криминальный картель, еще не виданный в городе. В сущности, между копом и уголовником разница только в намерениях. Мы все — хищники, азартные охотники со страстью к насилию. И если некуда направить агрессию — о-го-го!

Тим налетел на него и, пытаясь оттащить, еще крепче прижал ко мне. Я отгородилась от его зубов планкой от рамы. В отличие от Тима Дэнверс не тратил время на зубную пасту и полоскания, поэтому изо рта у него несло, как от залежавшегося в холодильнике гамбургера, едкой сладостью.

Дэнверс отшвырнул Тима и схватил меня за глотку, заставив попятиться, пока я не уперлась спиной в стену. Ногти воткнулись мне в кожу, и я почувствовала, как из-под них течет кровь.

— Вот оно, — шептал он. — Пустила кровь, Бек! Еще не так пустишь, когда я с тобой покончу.

Когда он медленно провел языком по моей щеке, я поняла, что он задумал. Нечто вроде того, что проделала Джоли. Убить меня, убить Тима, а потом поднять меня… ну, мне даже думать не хотелось для чего. Я содрогнулась всем телом.

Тим вскочил и бросился вперед, но Дэнверс схватил меня за волосы и откинул голову, открыв шею.

— Еще шаг — и твоей девчонке конец, Майер!

Тим понимал, что он не шутит. Остановился, сверкая глазами и стиснув кулаки. До кола, которым я его отталкивала, был целый фут, и Дэнверс, конечно, чувствовал себя в безопасности. Он даже не следил за моими руками, сосредоточив все внимание на втором вампире. Тим тоже не смотрел на меня. Поэтому для обоих оказалось сюрпризом, когда я выдернула из-за пояса вторую, короткую планку и вложила всю силу в удар сплеча. Острие вошло в глаз Дэнверса и там застряло, но я для надежности хлопнула другой ладонью по основанию тупого конца деревяшки, вгоняя ее глубже в череп. Дэнверс отлетел назад, точнее, врезался в стену, оставив на белой краске длинную красную кляксу.

Мой напарник не терял времени. Наверное, Дэнверс был еще жив, потому что Тим снова и снова вгрызался ему в горло, пока голова, в глазнице которой торчал колышек, не свалилась с плеч.

Мы оба были в крови, когда Тим обнял меня.

— Господи, я и забыл, какая ты крепкая. — В его голосе звучала ирония, и я невольно улыбнулась в ответ, прижавшись к нему и чувствуя себя совершенно счастливой. — Мне совсем не помешала помощь.

— Меня… тебя зовут Сильвия Бек. — Я смотрела в объектив камеры, а Тим нервно косился в сторону. Я развела руки, чтобы были лучше видны голубая форма, оружейный пояс и прочее. — Ты служишь в полиции, значок 51 476. Последние пять лет ты провела, избавляя граждан этого города от всяческих отбросов. Ты — честная, надежная и добрая. Да, и еще… — Я протянула руку и заставила Тима войти в кадр. Он послушно поддался, но смотрел беспокойно. — Это твой старшой, офицер Тим Майер. Я его люблю и во всем ему доверяю. — При этих словах я ему улыбнулась и снова перевела взгляд в камеру. Красный огонек показывал, что идет запись. — Вот почему я решила позволить ему превратить меня в тебя. Ты вампир, но все равно ты коп. Помни это и помни меня!

— Ты уверена, Сил? Ты вполне могла бы помогать мне, оставаясь человеком.

Я покачала головой:

— Дэнверс чуть не одолел меня. Просто по глупости подставился. Вряд ли мне так повезет в следующий раз. — Я погладила его по щеке, надеясь, что камера передаст мои чувства. — Я не хочу снова тебя потерять. Даже если для этого мне придется умереть и потрудиться, чтобы тебя вспомнить. Дело того стоит! Я люблю тебя, Тим Майер. К тому же наш долг — защитить город и основать вампирскую полицию. — Я ткнула пальцем в камеру. — Так что даже не думай халтурить. Я буду следить, чтобы ты все делала как надо. Помни об этом!

Потом я кивнула Тиму и крепко сжала его руку:

— За дело!

Я не решалась откладывать. Мне придется исчезнуть, пока не вернется память и я не смогу снова приступить к работе. Я дежурила в ночные смены, так что могло и пройти. Карьера была важной частью моей жизни. Город надеется на меня… на нас. Странно, конечно, что для продолжения карьеры мне вдруг понадобилось умереть, но ничего не поделаешь.

Тим снова побледнел, выпустил клыки. Его взгляд был пугающе пристальным и трогательно-горестным. Я высвободила одну руку и оттянула жесткий накрахмаленный воротничок с золотой нашивкой.