Спустя некоторое время Шурджомукхи приподнялась.

— Одна только просьба, — тихо промолвила она, снова обняв ноги мужа.

— Какая?

— Задержись на месяц. Если за это время Кундонондини не найдется, ты уедешь. Я не буду тогда удерживать тебя.

Ногендро молча вышел. Про себя он уже решил, что останется еще на месяц.

Шурджомукхи поняла это. Она смотрела вслед уходящему Ногендро и думала: «О мое сокровище! Я готова отдать жизнь за то, чтобы избавить тебя от занозы в ноге. Из-за меня, дурной женщины, ты покидаешь дом! Кто же из нас остается должником?»

Хира уже не являлась служанкой в доме Дотто, но ее по-прежнему связывали с ним тесные узы. Она не переставала интересоваться тем, что там происходит. Стоило ей повстречать кого-нибудь из господских слуг, как она тотчас же затевала разговор о хозяевах. Всеми способами она старалась выведать, как Ногендро относится к Шурджомукхи. Если же ей никто не встречался, она под каким-нибудь благовидным предлогом сама отправлялась в господский дом и, перебросившись со слугами несколькими фразами, узнавала все, что ее интересовало.

Так шли за днями дни, но однажды произошел неожиданный конфуз.

С тех пор как Хира познакомилась с Дебендро, ее дом стала часто навещать молочница Малоти. Малоти заметила, что ее визиты не очень-то радуют подругу. Кроме того, она обратила внимание, что одна комната в доме Хиры постоянно заперта. Эта комната с тщательностью, свойственной Хире, была закрыта снаружи на цепочку и на замок. Как-то в один из своих неожиданных визитов Малоти обнаружила, что замка нет, и, сбросив цепочку, толкнула дверь. Дверь оказалась запертой изнутри, и Малоти стало ясно, что в комнате кто-то есть.

Малоти ничего не сказала Хире, но стала думать: кто бы это мог быть? Сначала она решила, что это — мужчина, но потом отказалась от этой мысли, так как знала наперечет, кто чей любовник. Затем она предположила, что там может скрываться Кундо; Малоти слышала о ее внезапном исчезновении. Проверить это вскоре представилась возможность.

Хира принесла из господского дома олененка. Он был очень беспокойный, и потому его держали на привязи. Однажды Малоти принесла ему еды и во время кормежки незаметно для Хиры отвязала его. Почувствовав свободу, олененок пустился бежать. Хира бросилась за ним.

Когда Хира отбежала далеко, Малоти испуганным голосом закричала:

— Хира! Хира! О Гонгаджол!

Хира была далеко, и Малоти принялась биться о стенку и причитать:

— О мать моя! Что стало с моей Гонгаджол? — Причитая таким образом, она ударила в дверь и отчаянно завопила: — Госпожа Кундо! Кундо! Выходи скорее! Смотри, что стало с Гонгаджол!

Обеспокоенная Кундо открыла дверь. Увидев ее, Малоти хихикнула и убежала. Кундо тотчас же захлопнула дверь и ничего не сказала Хире об этом происшествии из страха, что та будет ругать ее.

Малоти поведала Дебендро о своем открытии, и Дебендро решил найти способ самому проникнуть в дом Хиры. Сегодня у него был назначен прием и потому он не мог наносить визиты, отложив это дело на завтра.

Кундо себя ощущала, как птичка в клетке. Тревога и противоречивые чувства овладевали ею. С одной стороны, позор пережитых оскорблений, унижение, упреки, наконец, изгнание. Как после этого показаться людям? С другой — любовь. Любовь вступала в единоборство с робостью, и в этой схватке любовь выходила победительницей. Большая река поглощала маленькую. Ощущение обиды, нанесенной Шурджомукхи, постепенно улетучивалось. Кундо уже не думала больше о ней, она думала о Ногендро.

Со временем направление ее мыслей изменилось.

«Зачем я ушла из дому? — думала она. — Ничего бы со мной не случилось, если бы я выслушала упреки Шурджомукхи. Зато я могла бы видеть Ногендро. А теперь я его не вижу. Может, вернуться домой? Если бы меня не выгнали, я бы вернулась... А вдруг прогонят опять?»

День и ночь Кундонондини не покидали одни и те же мысли. С каждым часом становилось все яснее, что ей либо надо возвращаться в дом Ногендро, либо избрать своим уделом смерть. Сначала девушку сдерживал страх перед Шурджомукхи. Но в конце концов после мучительных раздумий она решила: будь что будет, пойду.

Но как? Как вернуться в этот дом? Одной? Стыдно... Вот если бы Хира согласилась пойти с ней... Но как сказать об этом Хире? Стыдно даже раскрыть рот... Между тем разлука с Ногендро стала невыносимой.

Однажды среди ночи Кундо поднялась с постели. Хира спала. Кундо бесшумно отворила дверь и вышла.

По краю неба плыла бледная луна, подобная очаровательной девушке, плывущей по бескрайнему океану. Темнота пряталась в тени деревьев. Слабый свежий ветерок едва морщил поверхность придорожного пруда, заросшего лотосами и водорослями. Окутанные тьмой макушки деревьев чуть заметно чернели на темно-синем небе. У дорога спали собаки. Вся природа погрузилась в глубокое молчание.