— Вам куда, пацаны? — поинтересовался он.

— Командир, подбрось нас до следующей деревни, тут недалеко — километров двадцать, — попросил парень, которого звали Славян.

— Садитесь, — согласился Иван и посмотрел на будущих пассажиров.

А те двое, помогли третьему подняться с камня и повели его к машине. Он был пошире в плечах и покрепче своих друзей. Но только сильно прихрамывал на одну ногу, вернее, старался на нее вообще не наступать. Наконец, они уселись на заднее сидение, и машина набрала скорость.

— Че, Шрек, нога все еще болит? — спросил Славян.

— А то! Давай, я тебе также заеду.

— Да не расстраивайся, братишка, мы этого козла еще выцепим. Он к Светке в магазин не раз приедет, вот увидишь, — подал голос третий.

Иван заинтересовался услышанным и вмешался в разговор своих пассажиров:

— Что, пацаны, кто вас обидел?

— Брателла, ты за базаром следи! Мы не обиженные, нас просто сильно огорчили, — наехал на водителя Сереня, третий незнакомец. — А ты че, адвокат, что ли?

— Ладно, не буксуй на водилу, — приструнил его Шрек и обратился к Ивану:

— А у тебя, что за интерес до наших проблем?

— Да так. Просто вы что-то говорили про девушку из магазина. Вот я и подумал, вдруг я ее знаю?

— Может быть, ты и насчет дружка ее в курсе?

— Я пока не знаю, о ком идет речь. И какую именно Свету вы имеете в виду? — продолжал водитель.

— Бичеву. Есть у нас в селе телка такая, и к ней недавно приезжал ее хахаль. А мы с ним, рамцанули, не разошлись на одной дороге, — объяснил Шрек.

— Ни фига себе, не разошлись! Мы идем тихо-мирно, никого не трогаем. А этот козел, буром прет на нас со своей биксой. Сам встельку пьяный и докопался. — вмешался в разговор Славян.

— Ну да, точно! — теперь и Сереня не мог молчать. — А этот кекс начал понты колотить перед бабой, типа он каратист и кинулся на нас. Шреку вон как по ноге пнул, этот футболист долбанный, что он теперь хромает. И нам пришлось везти его к бабке, на лечение, в соседнюю деревню. У себя в Привольном мы не хотим в больничке лишний раз светиться. И так менты прохода не дают, по всякой ерунде. Но ничего, мы этого фраера еще выцепим.

«Вот оно как, — подумал Иван. — Значит таким путем Женя перед Светкой зарабатывает себе дешевую репутацию. Ну, конечно, герой — жених! Один троих раскидал! Таких девушки любят. Ну и фрукт он оказывается!»

— Да знаю я и Светку Бичеву, и ее друга — Женю. Он, кстати, сегодня к ней в гости приехал. Я его привозил, — сказал Иван.

— А ты, командир, если че, дай-ка мне его телефончик! Я позвоню ему домой и скажу, что он невежливый и бессовестный мальчик. И пусть ему будет стыдно за свой поступок. Так пионеры не поступают, — попросил водителя Шрек.

— Точно! И таких не берут в космонавты. Ты че задумал, братишка? — обратился к рядом сидящему товарищу Сереня.

— Да ничего. Ну че молчишь, водила? Есть телефон этого Жени?

— Только сотовый, — ответил Иван и, притормозив, записал номер телефона на клочке бумаги. — Вот, возьми.

— А ты откуда его знаешь? Вы с ним, поди, кореша, а мы тут душу перед тобой изливаем, — насторожился Шрек, но бумажку с номером взял.

— Я же говорю, что он меня попросил подбросить его в село. Мы просто вместе работаем в одной больнице, в областной. Я водителем, а Женя — электриком. И все.

— А Светку, его подстилку откуда знаешь?

— Тоже подвозил, — этот разговор уже стал не нравиться Ивану. И он подумал: «Когда же они выйдут?»

— Ладно, подвозила. Вот тебе на чай и останови тачку у того поворота, — сказал Шрек. — Мы приехали.

«Ну и дела! — Хруня молча слушал весь разговор и запоминал его. — Что-то непохоже, чтобы Женя первым напал на этих парней. За ним такое не водится. Скорее, наоборот, они сами к нему пристали, а Семе ничего не оставалось делать, как надавать обидчикам по соплям. Хотя, кто его знает, кому сейчас можно верить? Меня в тот момент рядом с ними не было…»

Трое друзей на обратном пути, также поймав попутку, вернулись в Привольное. И зайдя в магазин, купили водку и нехитрую закуску. Затем, они нашли в укромном местечке скамейку и, разложив на ней еду и расставив пластиковые стаканчики, решили отдохнуть.

— Шрек, а ты че, вообще, задумал насчет этого Жени? — начал разговор Славян.

— Ну короче, он теперь, вроде, как наш должник. А раз так, то мы не можем ему этого простить.

— Само собой. Это только Господь Бог прощает, а наше дело — зло наказывать, — выразил свое мнение третий друг.