А она в свою очередь старается попасть в определенное место. И как мне подсказывала интуиция, это был именно тот самый парк, куда она стремится и где по идее они все должны были скоро пересечься.

Что меня несколько поразило, почему я сразу не заметил последнюю ментоструктуру. И кстати она существенно отличалась от остальных. Была больше похожа на корнола, чем на три другие.

Обо всем этом я и поведал Лениавесу, правда, не став рассказывать о том, что менто-информационное поле последнего объекта похоже на его собственное менто-информационное поле.

– Не буду спрашивать, откуда ты это знаешь, - как-то обреченно махнув рукой, будто смирившись с чем-то в душе, сказал он, - ответь только. Кто-то из них может приблизиться к нам на достаточное расстояние, чтобы заметить?

– Судя по той схеме перемещений, что у меня получилась, первого, второго и последнего мы не увидим, они пройдут за пределами зоны нашей видимости. Один где-то там, второй там, а последний идет оттуда, - и я указал рукою три направления, где предположительно перемещались замеченные мною существа, в последнем случае развернувшись направо, они просто или не дойдут до нас, или начали свое движение уже за пределами видимости из нашего дома.

И я показал на примерное место, где предположительно была замечена последняя ментоструктура.

– Хм, действительно недалеко, - согласился со мною корнол, похоже там какой-то склеп или семейная усыпальница, - приглядевшись к строению, на которое я показывал, задумчиво проговорил Лениавес.

– Возможно, - кивнул головою я, подтверждая его слова, - правда, по его разрушенной крыше, которую только и видно отсюда, не поймешь, что это такое, но доверюсь мнению профессионала.

А затем продолжил говорить.

– А вот третьего мы должны увидеть наверняка, так как его путь идет оттуда и пройдет он примерно там.

И я прочертил в воздухе линию, зажатым в руке ножом. Как раз вдоль нее и должен был двигаться последний объект. И линия эта проходила прямиком посередине двора соседнего дома, который своими окнами и одной стеной смотрел на улицу, идущую к парку.

Просматривались при этом и двор, и улица с нашей крыши практически полностью.

– Здесь мы его сможем рассмотреть лучше всего, - указал я на более светлую часть двора, неизвестный должен был пройти там уже через несколько секунд.

– Быстро он двигается, - прокомментировал я свои ощущения.

– Еще бы, - сказал корнол, - они все такие, если бы он двигался не так быстро, я бы очень удивился.

– Ты о ком?
– не понял я.

– Сам посмотри, - ответил мне Лениавес и кивнул головой в направлении более светлого пятна в соседнем дворе.

По нему очень быстро перемещался какой-то человек. Что-то мне в нем показалось подозрительным, но я никак не мог понять что.

«Слишком худой», - наконец дошло до меня.

И тут я понял.

«Да какой к черту худой, там вообще ничего нет кроме костей».

Это шёл скелет. Только он почему-то был несколько крупнее и больше скелета обычного человека. Кости его были гораздо крупнее и массивнее, а череп будто прикреплен к туловищу, шеи видно не было или она напрочь отсутствовала.

При этом перемещался он со скоростью быстро бегущей лошади, и что меня поразило, практически бесшумно, я еле мог расслышать его шаги.

– Кто это?
– удивленно спросил я.

Лениавес с недоумением посмотрел на меня, а потом сказал.

– Странный ты, северянин, даже простого мертвяка не видел, хотя они встречаются практически везде, даже у вас на севере, - и уже более серьезно добавил.

– Это скелетон, - слегка пожав плечами, будто недоумевая, ответил мне корнол, но заметив мое непонимающе смотрящее на него лицо, пояснил, - я думал, может ты про них хоть что-то слышал, но теперь, посмотрев на тебя, понимаю, что нет.

И немного помолчав, он продолжил.

– Это претерпевший магические изменения и преобразования под воздействием сырой энергии смерти скелет живого существа. Дальнейшее поддержание его существования возможно от любого источника магической энергии, обычно это или кладбища, или какие-либо жертвенники, или дикие источники, генерирующие сырую энергию. Последний вариант как раз наш случай. Местный источник давно стал диким, судя по тем изменениям, что можно здесь заметить.

– А что это за скелет такой необычный, или это как раз и есть результат преобразований, - спросил я.