— Это ты должна спрятаться, — неуверенно произнесла Мэрайя. — Если им нужна я, то искать тебя они не станут.

— Не будь идиоткой! — резко бросила Сара, окидывая быстрым взглядом небольшую скромную церковь. За алтарем было не спрятаться, как, впрочем, и за скамьями. — Если тебя не волнует собственная безопасность, подумай хотя бы о ребенке. Ты не можешь рисковать его жизнью!

Лицо Мэрайи посерело, когда она провела дрожащей рукой по своему огромному животу.

— Ты… ты права. Но прошу, если они схватят тебя, будь осторожна! Адам пошлет людей спасти тебя, но не жди их, если тебе представится случай сбежать.

— Не волнуйся обо мне. — Понимая, что их время истекает, Сара сказала: — Ты, помнится, говорила о подземной крипте. Где она находится?

— В приделе Богоматери.

Сара подхватила пледы, и сестры поспешили туда. Когда они вошли в маленькую комнатку, Сара огляделась по сторонам, но ничего не увидела.

Мэрайя ткнула пальцем вперед:

— Там. За алтарем.

Вход в крипту был закрыт самым обычным деревянным люком, но заметить его можно было, только обойдя алтарь. Сара не без труда подняла крышку, за которой обнаружились уходящие в сырую темноту каменные ступени. Она вздрогнула и отпрянула, решив, что те похожи на врата ада.

— Сможешь спуститься туда?

— У меня ведь нет выбора, не правда ли? — Мэрайя начала спускаться по лестнице, тяжело опираясь на деревянные перила. — Тем более, я уже бывала здесь с Адамом. По крайней мере кости отсюда убрали и захоронили снаружи.

Слава Богу! Одна только мысль об укрытии в подземной часовне рядом с прахом и костями привела Сару в содрогание.

— Подожди! — Мэрайя остановилась на полпути и тяжело опустилась на ступеньку, прижимая руку к животу: ее сотрясла новая схватка. Сражаясь с болью, она сорвала с руки перчатку и, морщась, сняла обручальное кольцо. — Оно тебе понадобится.

Пальцы их соприкоснулись на мгновение, пока кольцо переходило из одних рук в другие. Глядя в карие глаза Мэрайи, так похожие на ее собственные, Сара вдруг с пугающей ясностью осознала, что они могут больше не встретиться.

Но она постаралась отогнать от себя подобные мысли. Выпустив ладонь сестры, она надела колечко на безымянный палец левой руки. Сама она перстней и колец не носила, так что Мэрайя очень вовремя вспомнила об этом.

Дверь церкви распахнулась, и внутрь вошли мужчины. Слыша, как учащенно забилось у нее в груди сердце, Сара бросила пледы вслед сестре.

— Сиди тихо! — негромко прошипела она.

Беззвучно опуская крышку люка, она еще успела услышать, как Мэрайя прошептала:

— Я люблю тебя, Сара. Береги себя.

Выпрямившись, Сара на мгновение прикрыла глаза, чтобы хоть немного успокоиться и призвать на помощь аристократическое высокомерие. Если ее план выдать себя за герцогиню провалится, то она сама, Мэрайя и ее ребенок будут обречены.

В нефе прозвучал чей-то раздраженный голос:

— Куда, черт возьми, она подевалась?

Сара была невысокой тихой блондинкой, неспособной обидеть и муху, но в жизни ей пришлось повидать немало властных герцогинь и деспотичных графинь. Говоря себе, что сейчас она уже не Сара Кларк-Таунсенд, а Мэрайя, герцогиня Эштон, она подняла подбородок и величественной поступью выплыла им навстречу.

— Очевидно, вы заблудились, джентльмены? — холодно осведомилась она. — Эта церковь является частной собственностью.

Трое суровых, грубоватых мужчин, от которых так и веяло бедой, уставились на нее с таким видом, словно ожидали увидеть кого-то другого. Самый смуглый из них поинтересовался:

— Вы, что ли, герцогиня Эштон?

— Она самая, Флэннери, я видел ее издалека, — сказал его коренастый спутник.

Из придела Богоматери донесся слабый стон. Повысив голос, чтобы они ничего не услышали, Сара ответила:

— Кто я такая, вас совершенно не касается. Но я — у себя дома, а вот вам здесь явно не место. — Высокомерно приподняв брови, она пожелала узнать: — Кто вы и что здесь делаете? Помимо того что вторглись в чужие владения, разумеется.

Обладатель грубого голоса заявил:

— Нам говорили, что герцогиня беременна.

— Дети имеют свойство рождаться, — ледяным тоном отозвалась Сара. — Мой дорогой сын уже появился на свет.

Смуглолицый хрипло рассмеялся.