— Почему ты собираешь волосы в пучок? — спросил он совсем не то, что хотел.

— Дети боятся длинных волос, боятся, когда не видно лица, — тихо ответила она и села рядом, протягивая Кристоферу кружку с кофе. — Как Артём получил травму?

— Это не твоё дело, — грубо ответил он.

— Моё. Артём тебя боится, и я хочу знать, почему, — уверенно произнесла Ева и подняла уставшие глаза на мужчину.

— Что за бред. Сын не боится меня.

— Ты ответишь на вопрос?

Кристофер скрестил руки на груди и отвернулся. Каждый, кто работал с Артёмом, желал покопаться в грязном белье его семьи. Трезвым умом он, конечно, понимал, что они интересуются не ради любопытства и им действительно это надо знать, но то, что сын его боится, слышал впервые.

— Он увидел смерть матери.

— Насильственную? — спросила Ева таким тоном, словно заказывала десерт в ресторане и интересовалась, насколько он вкусный.

— Да.

— Но… это же не ты убил её?

— Конечно же, нет! — возмутился Кристофер. Но Ева никак не отреагировала на грубый тон и задумалась.

— Я так понимаю, просить, чтобы ты рассказал мне, как всё было, бесполезно? — спросила она спустя минуту.

— Верно.

Раздался телефонный звонок, и Ева вздрогнула от неожиданности. Крис поднёс трубку к уху:

— Да.

— Крис, — отозвался Медведев на другом конце. — Наш вервольф сегодня прошёл инициацию.

— Это хорошая новость. Теперь он может идти домой.

— Да, да… и я нашёл твоего высокого с чёрными волосами. Ты был прав, он прилетел неделю назад. Давид Абринко.

Кристофер фыркнул. Дурацкое имя для демона.

— Пытаюсь найти, где он остановился.

— Хорошо. А что насчёт женщины?

— Глухо, её никто не помнит, — ответил Медведев.

Кристофер поблагодарил его и выключил аппарат.

Ева молча пила кофе и клевала носом.

— Иди, отдохни.

— Нет, я лучше сегодня пораньше уйду. Артём проснётся, мы немного позанимаемся, и я поеду. Завтра во сколько мне приехать?

— Мы, кажется, договорились, что первое время ты будешь работать, только когда я дома, — недовольно пробурчал Кристофер.

— Ага, и ты в первый же день оставил меня одну со своим сыном на ночь. Ну, так во сколько?

— Я в девять уеду, ты можешь приезжать, когда хочешь, только Дарью предупреди.

— Хорошо. Какие планы на завтра? Что? — тут же спросила она, увидев недоумённый взгляд. — Я должна знать, где ты и когда будешь дома.

— Планирую весь день провести в медицинском центре, — ответил Кристофер и повернул голову.

В дверях стояла Дарья и улыбалась:

— Артём проснулся.

Ева тут же подскочила и убежала наверх.

— Странно, что у неё нет детей. Красивая девушка, умная, добрая…

— Она ненавидит свою кровь, — тихо ответил Кристофер, глядя на улыбку на лице женщины. Вечно у этой ведьмы своё на уме.

— Крис… — начала говорить Дарья, но замолчала. Она многое хотела сказать ему. Сказать, что в его жизни нет цели, нет стремлений, что от сильного Охотника осталась лишь оболочка. Молодой, красивый, после смерти жены он потерялся. Количество любовниц превысило все разумные пределы, а любимый сын забыт. Домом его стали медицинский центр и полицейский участок… Она многое хотела сказать Кристоферу, но лишь погладила его по плечу: — Иди, отдохни.

— Не хочу, — пробурчал он и поднялся из-за стола. — Ева! — крикнул он, выходя из кухни.

Девушка испуганно выглянула из детской:

— Ты чего кричишь?

— Я не знаю твоего номера телефона и где ты живёшь, — грубо сказал Кристофер, вспомнив, что так и не удосужился узнать необходимую информацию об этой женщине. Даже фамилию.

Ева обернулась, что-то сказала Артёму и пошла вниз. Покопалась в оставленной в прихожей сумочке и вытащила оттуда папку:

— Прости, мне следовало раньше отдать это, но совсем вылетело из головы.

Достала блокнот, ручку и написала номер телефона и адрес.

— Квартиру я снимаю, но в ближайшее время менять её не планирую, — она вырвала бумажку из блокнота, протянула Кристоферу и написала то же самое для Дарьи.

— Розовая? — спросил Крис, разглядывая листок.

— Я же блондинка, — улыбнулась Ева, но он не разделял её доброжелательности и принялся просматривать бумаги в папке.

— Ева Фабре? Ты француженка?

— Наполовину. Отец был французом, но гражданство у меня российское, — ответила Ева, хотя это было без надобности. Кристофер держал в руках копию паспорта.