— Я спросила, тебе ясно? Или я буду вынуждена обратиться к другому Охотнику за помощью!

Дарья ошарашенно открыла рот, нервно кивнула и сделала шаг назад.

Ева повернулась у Кристоферу, закинула его руку к себе на плечи и дёрнула вверх.

— Ну же, Моро, вставай на ноги… какой же ты здоровяк.

Худо-бедно, но спустя полчаса Кристофер был доставлен в свою спальню и водружён на кровать. Ева устало вздохнула и присела у его ног. Сняла ботинки, носки, поднялась выше. Расстегнула рубашку, оголяя прекрасный торс, опустила взгляд ниже. Надо бы снять с него штаны.

«Нет уж!» — подумала она и решила ограничиться ремнём. Расстегнула пряжку, вытащила из петель и снова посмотрела на рубашку.

Расстегнуть — расстегнула, теперь надо бы и её снять.

Спустя ещё десять минуть и этот предмет одежды был снят. Ева сходила вниз, налила воды в стакан, достала из аптечки аспирин, положила их на тумбочку рядом с кроватью и накрыла Кристофера одеялом.

— Спи, — тихо прошептала она и, едва касаясь губами, поцеловала его в щёку.

— Мэри, — тихо ответил Кристофер. Ева замерла на мгновение и только собралась подняться, как он притянул её к себе.

— Моя Мэри, я люблю тебя. Не уходи, я так скучаю.

Ева нерешительно замерла рядом с мужчиной и перестала дышать от страха.

— Дай мне свою руку, — Кристофер взял ладошку Евы и приложил к своей щеке. — Как они мне надоели… все. Все эти безликие шлюхи, я хочу тебя, мою Марию, хочу быть в тебе. Иди ко мне, милая.

В одно движение Кристофер перевернулся и прижал Еву своим телом. Провёл рукой по белокурым волосам, погладил мягкую щёку, губы.

— Мы разбудим Артёма, — прошептала Ева. Взгляд Кристофера был затуманен, но вожделение и благоговение, что отражалось в его глазах, было несложно увидеть. Он был не в себе, слишком много алкоголя, но та любовь, что он испытывал к жене, рвала женскую душу.

— Он спит, любимая, наш сын спит, — шептал Кристофер, покрывая лицо девушки поцелуями и поднимая подол её платья. Ева громко охнула, когда почувствовала горячую ладонь, скользящую вверх по бедру, невольно раздвинула ноги, но потом опомнилась. Нет, нет, это всё неправильно!

— Крис, не сейчас, прошу тебя.

— Ева, не уходи, — ответил он, и она испуганно замерла. Он назвал её Евой? Не Мэри? В это время рука Кристофера нашла ту единственную кнопку, что держала платье, и расстегнула его.

— Крис, нет, — уже твёрже сказала Ева.

— Ева, я люблю тебя. Ты хочешь уйти, я знаю, но я не смогу без тебя, — едва слышно прошептал он, отпуская девушку на волю. Ева быстро соскочила с кровати и посмотрела на Охотника. Он лежал на спине, закрыв глаза рукой, и казался разбитым.

Но нет, в нём говорит алкоголь, это всё неправда. Не может быть правдой.

— Спокойной ночи, Кристофер.

— Спокойной ночи, Мария.

Подхватив платье и прижав его к груди, Ева вышла из спальни Охотника и пошла к себе. Часы показывали 23:25 — детское время. Приняла душ, переоделась, включила ноутбук. Через минуту раздался вызов от Анет. Нажала кнопку «Принять видеозвонок».

— Ох, Ева, я успела соскучиться! — живо поздоровалась давняя подруга, с которой Ева училась в университете.

— Привет, дорогая.

— У тебя грустный голос, — тут же сказала Анет. — Это из-за того мужчины? Он очень красив.

— Отчасти из-за него, — грустно улыбнулась Ева. — Я возвращаюсь.

— Ох! Это прекрасная новость! А то этот дом слишком большой для меня одной. Ты ведь знаешь, я рада, когда ты гостишь у меня.

— Конечно, Анет, ты моя лучшая подруга, что бы я делала без тебя.

В сознание, словно молния, ворвался звук. Резкий, противный, громкий. Он, будто колокольный звон, отзывался в каждой клеточке больной головы и усиливался многократно.

Кристофер открыл глаза. Звук доносился с прикроватной тумбочки. Телефон.

Протянул руку, но взгляд отказывался фокусироваться, а номер звонившего был слишком мелким. Нажал кнопку приёма.

— Да?

— Моро, у тебя голос, как будто тебя вервольфы порвали, — пошутил некто. Кристофер сморщился от новой волны боли, хлынувшей в голову.

— Кто это?

— Брат, я всегда был лучшего мнения о твоих умственных способностях, — продолжал шутить неизвестный.

— Если ты сейчас же не назовёшься, я отключаюсь, — пробурчал Кристофер, замечая на тумбочке стакан с водой и аспирин. Быстро разорвал обёртку и осушил стакан одним глотком. Жизнь начала возвращаться в бренное тело.