— И Плаксы Уинни, — добавил Бланден. — С ним всегда как-то веселее.

— Да, и Плаксы Уинни, — произнес Габби после небольшой паузы.

Похоже, он принадлежал к тому типу людей, которые не любят, когда их поправляют. Даже если дело касается пустяков.

— Вопрос в том, прибудут ли они вообще, — угрюмо заметил Дом. — Дай Бог, чтоб они спаслись в этом грандиозном пожаре. Если воспламеняется авиационное горючее, тут уже не до шуток.

— О, я уверен, они приедут, — заверил его Габби, кладя свою мощную руку на щуплое плечо приятеля.

И тут, словно по сигналу, отворилась тяжелая дверь.

Позднее мне пришло в голову, что он идеально выбрал время для своего появления. Луи Симпсон, должно быть, подслушивал за дверью, которая оставалась не полностью закрытой. Ранее я замечал, что как только заходил разговор о Симпсоне, сразу возникала какая-то нервозность. Гости перебрасывались многозначительными взглядами, как бы предупреждая друг друга, чтобы никто не сболтнул лишнего.

Вид у Симпсона, впрочем, оказался совершенно безобидный. Для военного он был на удивление мал ростом. Примерно пять футов. Одет в коричневую кожаную куртку, мягкую хлопчатобумажную рубашку и джинсы. Однако этот неформальный наряд тщательно наглажен.

Прошло несколько секунд, прежде чем приятели заметили его. Тотчас раздались крики приветствия. Симпсон, разумеется, знал почти всех собравшихся. Представлять пришлось только меня и Тойнби. Лишь подойдя поближе, чтобы поздороваться, я заметил, какие необычные у него глаза. Даже в слабом и мерцающем свете зала не трудно было разглядеть удивительный фиалковый оттенок. Эти глаза и нежные женственные черты лица заставили меня вспомнить героинь Шекспира, переодевавшихся в мужское платье. Однако я тут же ощутил в нем некую внушающую уважение основательность. Похоже, силенкой Симпсон тоже не обижен. Я тотчас решил не конфликтовать с ним.

— А где Пол? — спросил Дом, едва закончились приветствия.

— Разве Уинни здесь нет? О, я надеялся… Заезжал за ним на квартиру в одиннадцать часов. Дернул дверной колокольчик — мне никто не открыл. Потом позвонил по телефону, но услышал только автоответчик. Побродил у дома полчаса. Пол так и не явился. Справился о нем у соседей в квартире этажом ниже. Хозяева долго объясняли, что им известно о намерении Пола отправиться на уик-энд, однако они не знают, где он находится в данный момент. Я предположил, что Уинни договорился о поездке с кем-то еще, и послал его к черту.

— Проклятие! — воскликнул Дом.

— Вероятно, он еще в пути, — предположил Бланден.

— Вполне возможно, — согласился Габби, — но его старая «ауди» сломалась, вот почему кто-то обязан был подвезти Пола. Однако теперь все мы здесь. Так кто же мог его подбросить? Не исключено, что он заболел. Неделю назад я звонил Полу, тогда он лечился от опоясывающего герпеса. Неприятное заболевание. Как бы ему не стало хуже.

Прежде чем успело наступить неловкое молчание, Луи сменил тему разговора.

— Я привез вам игрушку, — заявил он, дернув губами, что могло означать улыбку.

— Прошу тебя, только не то, о чем я подумал, старина Луи, — проговорил Нэш, глядя на продолговатый футляр, который вынул из сумки Луи.

— Не будь бабой. Вижу, ты совсем размяк в своем дерьмовом Сити. Хотя ты и раньше всегда укрывался в штабе, в то время как мы, козлы, совершали утомительные марш-броски и участвовали в сражениях.

Нэш нехотя присоединился к общему смеху.

— Не всегда я отсиживался в штабе. Повоевал в Боснии и в Сьерра-Леоне.

— Раздавал там презервативы и порошковое молоко?

— Не только. Кстати, я не знал, что вы, танкисты, совершаете марш-броски. Думаю, ты чувствовал себя гораздо безопасней в своем танке, чем я в закоулках Фритауна.

— Перестаньте, ну прямо как девчонки, — обратился к ним Дом, — мы теряем драгоценное время, предназначенное для выпивки. Ровно через неделю меня живьем закопают в супружескую жизнь. Я больше никогда не увижу ни одного из вас, ребята, трезвым или пьяным. Так что приступим! Габби, подавай бутылку!

Я обратил внимание на то, что вплоть до последнего момента Габби держался в стороне от всей компании. Теперь они с Симпсоном обменялись кивками, как будто между ними существовала некая договоренность.

— Но я еще не показал вам свою игрушку, — протестовал Симпсон.

Он расстегнул молнию на длинном чехле. На мгновение мне показалось, что там находится музыкальный инструмент: флейта или кларнет. Но тут он скинул верх чехла, и все увидели винтовку. Такая мне не встречалась никогда в жизни. Она была выкована из черного металла и выглядела как оружие из научно-фантастического фильма. Ствол — длинный, узкий и зловещий, снабженный оптическим прицелом. Это олицетворение зла тем не менее казалось настолько привлекательным, что захотелось прикоснуться к нему.