Кувала пожевал губами.

— Значит позор мне. Что плохо учил. Тогда продолжим обучение. Даю тебе задание.

— Подожди, — дернулся я — Если кого убить надо то я заранее не согласен.

— Хм, а ты интересный друид. Я бы сказал, настоящий. Не то что те которым лишь бы расти. Готовы по шкурам идти. А ведь должны эти шкуры, животных то есть, защищать. Но не беспокойся. Убивать ни кого не надо. Ты должен всего лишь отнести мое послание королю Гноллов. Взять у него то что он должен и принести мне.

— Подожди, подожди. Куда ты говоришь сходить? И значит убивать ни кого не надо? Да если я туда только сунусь, меня в лоскуты порвут. Это ж еще те собаки.

Кулава с усмешкой наблюдал как я махаю руками.

— Ладно, успокойся, — наконец сказал он — Не считай меня глупее белки. Естественно я сделаю так, что тебя ни кто не тронет. Конечно если ты сам не полезешь куда ни надо и брать у гноллов ни чего не будешь. А то знаю я вас, бессмертных. Любите чужие вещички прихватить, а потом удивляетесь а чего это на вас все кидаются и кусают. Жалую тебе шубу с царского плеча.

Наставник потащил с плеч куртку. Накинул на меня. Я услышал отчетливый треск.

"Внимание! Вы одели вещь выше вас более чем на двести уровней. Не снимайе ее пока не выполните задание. Сами вы одеть ее уже не сможете и задание будет провалено.

Ух, ты, а ну ка глянем чего мне там с царя упало.

"Куртка из шерсти красного медведя. Требования — 250 уровень. Класс Друид.

Броня + 240. Сила + 100. Скорость + 150

Способность — если с вами заговорят на незнакомом языке, то вы сможете автоматически обучиться этому языку."

Вот это вещь. Вот навсегда бы получить такую.

Кувала между тем продолжил.

— Гноллы почувствуют мой запах и тебя не тронут. Если, конечно как я уже сказал, ты не полезешь их бить или грабить. Ну как, берешься?

"Внимание, вам дается задание! Награда неизвестна! Принять Да/Нет.

Жму Да.

Терять мне как говорится нечего. А с такой курточкой как раз хорошо будет немного у гноллов пересидеть. Выждать пока уляжется буря после общения со сКотами. Только надо еще решить одну проблему.

— Послушай Кувала, мне бы чего поесть. Веришь, три дня росинки маковой во рту не было.

— Вот вы наглые, бессмертные. Вот наглые. Корми вас, обувай. А вы еще за каждое задание плату требуете. На уж, жри на здоровье. — И посмотрел таким взглядом, что я понял. Буду есть здесь обязательно подавлюсь.

— Ну я пошел.

— Иди, иди. Хотя постой.

Я замер ожидая что он еще скажет

— Скажи чего приготовить, а то ведь как придешь, сразу кушать изволите.

И кто-то посмел думать что этот человек не обладает чувством юмора?

— Я напишу список.

— Только попробуй.

До холма гноллов добрался быстро. Наемников не было. По полю сновали игроки весело вырубая мелких гноллов.

И вот тут начались проблемы. Я банально не мог заставить себя выйти к игрокам. Ноги приростали к земле, дыхание участилось. По спине побежали мурашки.

Меня увидели, замахали руками.

— Да это тот самый лекарь.

— А это он, вылечил моего зайца, я его даже добивать не стал…

— Ха, продай абилку. Очень понравилась.

Я вздохнул, резко развернулся и бросился в лес. Бежал, сам не зная куда. Хорошо хоть не расшибся. Под конец упал на землю

Что со мной происходит? В детстве помнится было что-то подобное. Когда я еще мелким школьником шел в магазин что бы купить новый картридж на Денди и просто не мог заставить себя подойти к продавцу от смущения. Но здесь было другое. Я явно боялся приблизиться к игрокам. Долго можно и не думать. Это так на меня подействовал плен и пытки. Пусть я и прятался от них с Коршуном, но следы все равно остались.

Этак буду теперь по лесам шариться на манер лешего. Бородой заросту, одичаю. Да пошло оно все. Не хочу. Я себя через коленку ломать буду.

Развернувшись, пошел обратно. Через полчаса вышел на опушку леса. Оглядел снующих игроков, кажется их стало еще больше и закусив губу пошел вперед.

Наверное я выглядел странной. На меня оглядывались, некоторые показывали пальцами. За спиной раздались смешки. Дико захотелось обратно в чащу, или на заваленку к Кувале. Хотя нет, туда точно не надо. Он спросит почему я вернулся, придется объясняться. А легче удавиться чем признаться в таком.