Он посмотрел на свое отражение в этой желтой, начищенной до солнечного блеска медной табличке — седой мужчина в чуть затемненных очках, коротко стриженная седая эспаньолка, седые усы, чуть подвитые седые волосы; в Барилоче я был как дед: борода рыжая, усы длинные, волосы до плеч; если у Росарио есть под рукой мои мадридские фотографии, там я без усов и бороды. И потом я был тогда болен, а болезнь всегда пропечатывается на фото, болезнь делает лицо человека иным; нет, он не узнает меня. Хорошо, возразил себе Штирлиц, но ведь здесь, видимо, находится одна из испанских резидентур, работающих в контакте с полицией или военной контрразведкой Перона. Меня начнет пасти здешняя служба, даже если желание вложить деньги в их бизнес, построив себе домик в Патагонии, вполне мотивировано.

Штирлиц спустился в вестибюль, хотя рука его уже невольно потянулась к звонку — тоже медному, пошлейшему, сделанному в форме женской груди; мужчина в униформе, сидевший за столиком, на котором стояли два телефона, один белый, а другой красный, видимо, местный, посмотрел в справочные книги и написал Штирлицу номер сеньора дона Росарио: «Вам ответит его секретарь сеньорита Бенитес-Ламарк, она очень любезна и соединит сеньора с доном Хосе незамедлительно, особенно если речь идет о выгодном бизнесе, можете позвонить прямо от меня».

— Благодарю, вы очень любезны, — ответил Штирлиц, — но я не взял с собою документацию.

Десятки людей заходили в вестибюль, выходили из него; этот служащий не зафиксирует меня, слишком много народа посещает здание, подумал Штирлиц, но звонить надо из автомата.

— Скажите, а кто еще строит коттеджи по заказу иностранных фирм? — спросил, тем не менее, Штирлиц. — Я ткнулся в первое попавшееся объявление, может быть, в «Конструксьонес» занимаются лишь промышленным строительством?

— О, они занимаются всем, сеньор, очень престижная фирма.

— У вас, случаем, нет их проспекта?

— Нет, сеньор, к сожалению, нет! Проспекты печатают только к рождеству, вместе с записными книжечками и календарями, расходятся моментально, каждому приятно иметь дома сувенир…

Штирлиц перешел улицу; в одном блоке от «Конструксьонес» находился бар «Эль Форо», спустился в туалет, набрал номер Росарио, ответила сеньорита Бенитес-Ламарк:

— Добрый день, «Конструксьонес», чем могу вам помочь?

— Добрый день, — ответил Штирлиц, — вы можете помочь информацией…

— Я к вашим услугам, сеньор…

— Если у меня возникло желание построить себе дом в Патагонии, я могу прибегнуть к услугам вашей фирмы?

— О, конечно, сеньор! Мы это сделаем в кратчайший срок по самым последним проектам! У вас свой архитектор? Или вы намерены поручить нам проект тоже?

— У меня набросок. Но, конечно, я бы хотел поручить вам все.

— Простите, у вас испанский акцент… Вы испанец?

— Вообще-то моя матушка была испанкой, но родился я в Германии.

— Вы гражданин Аргентины?

— Нет.

— Простите, я не знаю вашего имени…

— Я Кастильо Аречага-и-Бернштрам.

— Очень приятно, дон Кастильо… Кто вам дал наш телефон?

— Мне никто не давал вашего телефона. Я был в нескольких фирмах… Условия, предложенные мне, не подошли по срокам… Тогда я начал звонить наугад… Я могу встретиться с вашим директором? Чтобы обсудить мое дело предметно?

— Пожалуйста, подождите у телефона, дон Кастильо…

Женщина не отключила аппарат, поэтому Штирлиц мог слышать ее разговор: «Дон Хосе, к нам обратился сеньор Аречага-и-Бернштрам, он намерен построить себе дом в Патагонии, когда вы сможете принять его? Так… Нет, на семнадцать тридцать у вас уже назначена встреча… В восемнадцать? Боюсь, что вы не успеете закончить переговоры с „Пуэнто лимитед“. Хорошо, я передам ваше предложение».

Женщина подняла со стола трубку (мембрана ударилась о что-то стеклянное, наверное, вазочку с цветами):

— Дон Кастильо, я…

— Простите, но я слышал ваш разговор с доном Хосе. Вечером я занят… Когда у дона Хосе время ланча? Возможно, мы бы встретились в это время? Я бы с радостью пригласил его…

— Простите, ваша профессия, дон Кастильо?

— Адвокат. Я консультирую фирмы, осуществляющие морские путешествия и нефтеперевозки.

— Вообще-то дон Хосе обедает с часу до трех тридцати, я могу передать ему ваше предложение… Какой день вы бы предпочли?

— Что у дона Хосе запланировано на завтра?

— Обед с его окулистом, он не сможет отменить эту встречу. Словом, если вы позвоните через полчаса, я дам вам ответ, — женщина добавила, улыбнувшись, — вариантный ответ, вполне удобный и для дона Хосе, и для вас, до свидания, спасибо, что вы обратились в нашу фирму…

…Штирлиц сразу понял, что человек, вышедший из здания, и есть Росарио: левый глаз был аккуратно заклеен легкой бинтовой повязкой; шофер, сидевший за рулем такси, выскочил из машины с военной выправкой, открыл заднюю дверь, помог Росарио поудобнее устроиться и, вернувшись на свое место, резко тронул с места новенький «плимут».