Дженни поняла, что Мод имеет в виду роль собственного брата в смерти Каролины. Она быстро допила кофе:

— Нам пора домой.

Не успела она встать, как дверь на кухню распахнулась.

— Ну, кто это? — произнес дребезжащий голос, словно у человека были растянуты голосовые связки. Мужчине было далеко за пятьдесят, глаза покрасневшие и мутные, как у алкоголика. Он был болезненно худ, так что пояс штанов болтался где-то на бедрах.

Он уставился на Дженни, потом сощурился:

— Вы, наверно, новая миссис Крюгер, о которой я слыхал.

— Да, это я.

— Я Джош Бразерс, дядя Джо.

Электрик, виноватый в несчастном случае. Дженни сразу поняла, что Эрих придет в ярость, если узнает об этой встрече.

— Понимаю, почему Эрих выбрал вас, — вяло сказал мужчина, затем повернулся к сестре. — Поклясться можно, что это Каролина, правда, Мод? — Не дожидаясь ответа, он спросил Дженни: — Наверняка слышали про несчастный случай?

— Да.

— Версию Крюгера. Не мою, — Джош Бразерс явно собирался в очередной раз пересказать эту историю. Дженни уловила в его дыхании запах виски. В его голосе прорезались ораторские нотки. — Несмотря на то, что они разводились, Джон с ума сходил по Каролине...

— Разводились? — перебила Дженни. — Отец и мать Эриха разводились?

Мутные глаза загорелись хитрецой.

— А, Эрих не рассказал вам об этом? Ему нравится прикидываться, будто этого не было. Ну и сплетни пошли, скажу я вам, когда Каролина даже не попыталасьполучить опеку над своим единственным ребенком. Короче, в тот день я работал в сарае, и вошли Каролина и Эрих. В тот день она уезжала навсегда. У него был день рождения, он держал в руках новую хоккейную клюшку и заливался слезами. Каролина махнула мне, чтоб я вышел, вот почему я повесил лампу на гвоздь. Я слышал, как она сказала: «Прямо как этого теленочка оторвать от матери...» Потом я закрыл за собой дверь, чтоб они могли попрощаться, а через минуту Эрих закричал. Люк Гарретт давил ей на грудь и делал это дыхание «рот в рот», но мы все знали, что это без толку. Когда она поскользнулась и упала в резервуар, то схватилась за шнур и утянула лампу за собой. Ток прошел прямо через нее... У нее не было ни единого шанса.

— Джош, помолчи, — резко сказала Мод.

Дженни во все глаза смотрела на Джоша. Почему Эрих не сказал ей, что родители разводились, что Каролина оставляла его с отцом? И он был свидетелем этого кошмарного случая! Неудивительно, что теперь Эрих настолько не уверен в себе, так боится поощрять ее.

Глубоко задумавшись, Дженни взяла дочерей за руки и вполголоса попрощалась.

Пока они шли домой, Джо робко произнес:

— Мистеру Крюгеру не понравится, что мама так много наболтала и что вы виделись с дядей.

— Я не собираюсь говорить об этом, Джо, обещаю, — успокоила его Дженни.

Поздним утром проселочная дорога к ферме Крюгеров была тихой. Бет и Тина бежали впереди, радостно сгребая рыхлый снег. Дженни была подавлена и напугана. Эрих говорил о Каролине бессчетное количество раз, но даже не намекнул, что она собиралась оставить его.

«Если бы только у меня здесь был друг, — подумала Дженни. — С кем можно было бы поговорить». Она вспомнила, как могла обсудить с Наной любую проблему, как, уложив девочек, они с Фрэн за чашкой кофе обменивались сокровенными мыслями.

— Миссис Крюгер, — тихо произнес Джо. — Кажется, вам очень плохо. Надеюсь, дядя не расстроил вас. Знаю, мама вроде грубо говорит про Крюгеров, но, пожалуйста, не обижайтесь.

— Не буду, — пообещала Дженни. — Джо, сделаешь для меня кое-что?

— Что угодно.

— Когда мистера Крюгера нет поблизости, зови меня Дженни, ради бога. Я здесь собственное имя забываю.

— Я зову вас Дженни всегда, когда думаю о вас.

— Потрясающе, — с облегчением засмеялась Дженни, потом бросила взгляд на Джо. На его лице безошибочно читалось открытое обожание.

«Боже милостивый, — подумала она. — Если при Эрихе он так на меня посмотрит, начнется ад кромешный».

Когда они приблизились к дому, Дженни показалось, что из окна конторы за ними кто-то наблюдает. Эрих часто заходил туда по дороге из хижины.

Дженни отвела девочек в дом и стала готовить поджаренные сэндвичи и горячее какао. По кухне поплыл запах плавящегося сыра, и Тина с Бет уселись у стола, с ожиданием поглядывая на тостер.

Что могло сделать Каролину настолько несчастной, что она собиралась бросить Эриха? Сколько обиды смешано с любовью Эриха к матери? Дженни попыталась вообразить какие-нибудь обстоятельства, при которых оставила бы дочерей. Не смогла.

Дети устали после долгой прогулки и уснули, как только Дженни уложила их в постель. Она наблюдала, как потяжелели и закрылись их веки. Ей не хотелось уходить из комнаты. На минуту она присела у окна - голова закружилась. Почему?

Наконец она спустилась вниз, натянула куртку и отправилась в контору. За большим письменным столом работал Клайд. Постаравшись, чтобы ее голос звучал непринужденно, Дженни заметила: