Калоне также не нравилось, что убийца, очевидно Неферет. С раздраженным ворчанием Калона откинулся на кожаном кресле и бросил кинжал в цель на стене, прямо напротив стола Дракона Ланкфорда. Он попал в яблочко.

– Мне следует быть более бдительным. Я должен был предвидеть, что Тси-Сгили найдет способ вернуть себе прежний облик и начнет мстить.
– Говоря это, он метнул ещё один кинжал. Он застрял рядом с первым.
– Но вместо того, чтобы защищать кого-то я прятался, - он произнес эти слова так, как будто они были смертельным вирусом - для того, чтобы местные жители не были шокированы при виде меня.
– В его смехе не хватало юмора.- Но, вместо того, чтобы быть в шоке от меня, они увидели две смерти.
– Калона потянулся за следующим кинжалом, и его рука задела хрустальную вазу с подсолнухом, на которой было изображение Никс с руками, которые были подняты к небу и охватывали полумесяц. Это движение заставило вазу покачнуться, из-за чего она потеряла равновесие, опрокинулась и полетела на каменный пол.

Шар света, такого же яркого как восходящее солнце взорвался в комнате. Время остановилось. Ваза прекратила своё падение и застыла над каменным полом.

Идеально загорела рука, высунулась из шара и взяла из воздуха один цветок, и затем поставила вазу с правой стороны стола.

– Братец, тебе бы найти работу, - саркастически произнес Калона.

– У меня уже есть одна, - ответил Эреб, появляясь из светового шара. Он непочтительно сел на край деревянного стола Фехтовальщика.
– Я защищаю ту, что изыскана и прекрасна.
–  Он посмотрел на хрустальную вазу.

Калона фыркнул.

– Ты сравниваешь Никс с какой-то вазой? Я не очень-то уверен, что Богине понравится это сравнение.

– И всё же это возможно, - произнес Эреб.
– Ваза тоже прекрасна, а ты относишься к ней небрежно. Если бы я не вмешался, она бы разбилась.

– Это я был сломлен, а не Никс.

– Я признаю свою ошибку. Глупо сравнивать Богиню с вазой. Никс никогда не получится так просто победить, тем более, что я буду её защитником вечно, - произнес Эреб.

– Ты? Защитник Богини?
– Смех Калоны наполнил комнату холодом зимней ночи, в результате чего солнечный блеск Эреба приглушился.
– Братец, ты всегда будешь кем-то, но уж точно не Воином. Я был единственным из нас, кто мог выполнить более одной просьбы Богини.

– Любовь это не просьба, - произнес Эреб.

– Разве? Я бы и не подумал, что знаю о любви побольше твоего, но я знаю, что иногда ты обязан сохранить возлюбленную в живых и не позволить её свету померкнуть.

– Неудивительно, что ты не смог удержать её,- сказал Эреб.
– Любовь к Богине никогда не должна быть обязанностью, несмотря на всю твою болтовню нацеленную выставить это в таком свете.

– Это ты не смог удержать её. Если ты полностью удовлетворил Никс, то почему она вернулась ко мне?
– Калона улыбнулся брату.

Свет Эреба потемнел ещё больше.

– Тем не менее, сейчас её изображение на вазе — это всё что ты можешь получить.

– Но ты не оставишь меня в покое. Почему же, братец? Боишься, что она снова вернется ко мне?

Эреб хлопнул рукой по столу, оставляя на нём отпечаток своей светящейся руки. Калона не дрогнул и не отвернулся от своего брата, не смотря на то, что его свечение слепило Калоне глаза.

– Я здесь, только потому, что ты снова совершил ужасную ошибку.

Калона откинулся на стуле назад и скрестил руки на груди.

– Я не отрицаю, что у меня целый список ужасных ошибок. В отличие от тебя, я никогда не стремился быть совершенством. И какую ошибку из этого списка тебе хотелось бы со мной обсудить?

– У тебя действительно куча ошибок. Твой список преступлений против людей, вампиров и Богини действительно длинен. Но у меня нет ни времени, ни желания перечислять их всех. Я должен поговорить только о твоей последней ошибке. Ты позволил Верховной Жрице Никс примкнуть к Тьме, стать инструментом в руках зла. Из-за чего впоследствии эта Жрица стала бессмертна и невероятна опасна.

– Неферет узнала о Тьме задолго до встречи со мной.

– Она была сломленной девочкой, которая стала недолеткой. Твой шепот заставил её прийти на эту землю и почувствовать себя сильной и властвующей, и в конце концов привел её к бессмертию и свел с ума.

– Ты неправ. Ты ничего не знаешь о Неферет. Она сошла с ума ещё до того, как узнала обо мне.

– Я знаю, что она причинила Богине много боли и страданий, что означает, что её нужно остановить, - произнес Эреб.

Калона снова рассмеялся.

– И сейчас ты доказываешь, что, вне всякого сомнения, ничего не знаешь о Неферет. Она выбрала путь хаоса. И даже смерть не свернет её с этого пути.

– Ты отговоришь её.

– Дурак, неделю назад Сосуд Аурокса, превратившись в зверя, боднул Неферет и она упала с балкона здания высотой с гору. Прошлой ночью Неферет появилась здесь, стала причиной отторжения Превращения одной недолетки и убила человека. Затем она снова исчезла. Она бессмертна. Её нельзя убить,- сказал Калона.

– И тем не менее с ней нужно что-то сделать. Ты открыл ей дверь к бессмертной силе, ты её и закроешь.