– Там же где и мои - немного грубовато сказал ей я - Ладно, лирику в сторону. Слушай, и потом не говори, что не слышала.

Я рассказал Кролине все - и как сам был наемником, про свои подвиги в Мирастии, про Лейна, с которым выполнял квест на поиск редкой цацки для султана из Мейконга (правду я решил пока придержать, ни к чему это. Ну да, один клан, ну да, еще хлебнем горячего. Но вот когда хлебнем по полной - тогда и расскажу. Только ей. Может быть.). Поведал я ей о том, кто он такой, да и все остальное тоже.

– Стало быть, он согласился?
– Кролина забыла о дурном настроении, глаза ее блестели - она поняла всю выгоду, которую при известном правильном подходе к ситуации мы могли получить от моего опального друга.

– Не сразу, но согласился - подтвердил я.

– Время - Кролина хрустнула костяшками руки - Время. У нас максимум неделя, а этот твой бейлиф придет только завтра. И дел - тысяча.

– Ну, Пограничье невелико, а у нас есть порталы - успокоил я ее - Должны все успеть.

Если выйдет то, что я задумал, не столь и важно будет, все ли встали под наши знамена или нет. Хотя, может, выиграем и честно, если за Лоссарнахом пойдут все?

– Ладно, завтра будет интересный день - успокоил я Кролину - И вот еще - надо бы что-то подумать насчет игроков. Таскаются тут, в дом норовят вон залезть.

Какой-то полурослик в данный момент пререкался с Флоси, причем перебранка уже шла на повышенных тонах. Полурослик возмущался тем фактом, что его не пускают в дом, Флоси же орал, что если всякую сволочь в двери пускать, то скоро в этом жилище ничего не останется, кроме стен да крыши. Вот он, Флоси, оставил два дня назад в этом само доме свою совершенно новенькую одежду, сейчас вернулся, а одежды-то и нет! И не исключено, что его изысканный наряд стащила вот такая же мохноногая сволочь, а может даже и не вот такая же, а именно эта. И теперь она явилась сюда посмотреть, нельзя ли еще чем-то поживиться!

От этой тирады полурослик онемел, а Флоси, пользуясь плодами победы, захлопнул перед ним дверь.

– Как?
– Кролина сплюнула - Кто им запретит? Правила все те же - игрок имеет право быть там. где хочет, кроме квестовых зон, недоступных ему по причине отсутствия задания.

– Да?
– я задумался. А ведь у гада Валяева образовался передо мной должок, за эту его шутку с выходом из игры. Он-то это должком не считает, а вот я - так запросто.

– Я подумаю - сказал я Кролине - Есть у меня одна мысль, но это уже на потом, не на сегодня. Да и не на завтра.

– Тебе легко говорить - Кролина шмыгнула носом - Они меня задрали в клан проситься.

– Ну, так и собеседовала бы?
– удивился я - Люди нам не помешают.

– Люди - да - Кро топнула ножкой - Но накой нам всякие авантюристы? Им нужен фан, а нам нужны бойцы.

– Все нужен фан - пожал плечами я - Это игра.

– Фан фану рознь - отрезала Кролина - И все ты понял, не включай дурака.

– Да понял, само собой - сказал ей я - Ладно, я ушел.

– Домой или опять по делам?
– Кролина ехидно улыбнулась.

– По делам - не стал врать я - По ним.

Фладридж спал, как и положено приличному западному городку. Ни огонька, ни звука, и ночную тишину нарушал лишь храп стражника у городских ворот.

Я вышел на дорогу из желтого кирпича и зашагал в сторону приснопамятного кладбища, молясь про себя всем богам, чтобы там сегодня не проводила маневры какая-нибудь группа, с целью повысить сыгранность. Жалко будет потраченного времени, пропущенного полнолуния, да и передумать я за месяц могу, поэтому надо ковать железо, пока горячо.

Файерболы из-за кладбищенской стены вверх не взлетали, команд слышно не было, мечи и зубы не лязгали, да и вообще - тихо было вокруг. Оно и понятно - местный монстрятник я давно перерос, а кому еще шуметь ночью?

Я просунул голову в пролом стены - темно, тихо, хотя на кладбище явно кто-то есть - знакомый костяной треск слышится. Ладно, авось пронесет, мне только первая могила нужна.

Я влез в пролом, тихонько подошел к этой самой первой могиле и решил изучить надгробие - надо же знать, кто тут лежит - мужчина или женщина?

Стоило мне только нагнуться к надгробию, как могильная земля зашевелилась, и я чуть не столкнулся лбом с поднимающимся из прогнившего гроба скелетом.

Напротив моего лица оказалась щерящаяся пасть ожившего мертвеца, в пустых

глазницах его загорелись синеватые огоньки (вот тоже забавно - у личей огоньки в глазницах красные, у той редкостной немертвой тварюги-кольщика, что я завалил в трюме корабля в Архипелаге зеленые были, у барона Сэмади вообще одна чернота вместо глаз. Видно есть в Великом Ничто некая цветовая дифференциация глаз, по которой определяется социальное место каждого ожившего покойника в мире).